Зоя

 – Завтра ты навестишь нас, Зоя? Или ты опять собираешься в Царское? Как-нибудь на днях возьми меня с собой: Аликс приглашала меня.

– Но, мама, только не сейчас – ведь там больны дети… И потом, в такую погоду… это будет вам трудно… В санях…

– Что за глупости! – рассмеялась она. – У меня была корь – правда, лет эдак сто назад. А погода меня вообще никогда не пугает. Я отлично себя чувствую и надеюсь проскрипеть еще десяток-другой лет. На большее я не рассчитываю, но за десять лет ручаюсь.

– Вот и отлично, – улыбнулся Константин.

 – Позвольте, я провожу вас.

– Прекрасно дойду сама, – отмахнулась она, пока Зоя набрасывала ей на плечи шубу. – Пройти через сад мне пока еще по силам. Я это делаю несколько раз на дню.

– В таком случае не лишайте меня удовольствия проделать этот путь вместе с вами, – с шутливой церемонностью сказал Константин.

Графиня улыбнулась ему как маленькому – да, для нее он навсегда остался таким – и сказала:

– Ну хорошо, пойдем. Покойной ночи, Зоя.

– Покойной ночи, бабушка! Спасибо вам за Саву!

Они поцеловались.

Зоя побежала наверх, в свою комнату, оклеенную розовато-лиловыми обоями, а графиня, опираясь на руку сына, вышла в холодный, темный сад.

Зоя зевнула и улыбнулась, вспомнив о подарке Мари. Какой чудесный был день! Она мягко закрыла за собой дверь. Через день-два она непременно отправится в Царское Село. А пока надо придумать, что бы такое привезти Маше в подарок.

Глава 3

Через два дня, когда Зоя собралась ехать в Царское Село, пришло письмо от доктора Федорова, личного врача наследника.

Он сообщал неприятные новости: великая княжна Мария тоже заразилась корью. Зоя страшно огорчилась: это означало, что она не увидится с подругой в течение нескольких недель – в зависимости от того, как будет чувствовать себя Маша. Корь часто дает осложнения: у Анастасии заболели уши, а у наследника доктор подозревал воспаление легких.

– Боже мой! – воскликнула мать, услышав обо всем этом. – А ведь ты с ними общалась! А я строго-настрого запретила тебе бывать в Царском! Теперь ты заразишься! Как ты смела?! Как ты могла не подумать обо мне!

При мысли о том, что Зоя могла занести в дом инфекцию, с нею едва не сделалась истерика.

По счастью, вовремя вмешавшийся Константин тотчас послал горничную наверх за нюхательной солью, а сам принялся успокаивать жену. Флакон в форме огромной эмалевой клубничины, украшенной бриллиантами, всегда лежал у графини на ночном столике.