Город Бессмертных. Книга третья

Девушка окинула дом взглядом и с удовлетворением заметила, что окно на втором этаже распахнуто.

– Стань спиной к стене, – скомандовала Лисси северянину. – Руки соедини внизу. Пальцы не сплетай, – поморщилась она, – просто положи одну ладонь на другую. Я шагну сперва на руки, затем – на плечо, и заберусь в окно.

– Справишься? – с сомнением спросил Далахар, послушно выполняя всё, что требовалось.

– Я из цирка, забыл? – усмехнулась Лисси. – Раз плюнуть.

Она буквально взлетела к окну, так быстро, что северянин даже не успел толком почувствовать веса девушки, подтянулась на руках и исчезла в проёме.

Послышалось ругательство, какая-то возня, но через десяток секунд лязгнул засов, и дверь распахнулась. На пороге стояла Лисси, и вид у неё был совсем не радостный.

Улыбка сползла с лица Далахара.

– Что? – коротко спросил он.

– Меня укусила змея, – мрачно ответила девушка. – Наверное, купец оставляет их сторожить дом от воров, когда уходит. Я не ожидала… – она махнула рукой внутрь комнаты.

Северянин вбежал в дом, чуть не снеся Лисси.

Под лестницей, на грязноватом полу, свернувшись клубком, лежала степная кобра. Далахар пригляделся. У змеи была размозжена голова.

– Она уже дохлая, – без надобности сообщила Лисси и пошатнулась.

– Покажи укус, – потребовал северянин.

Лисси послушно продемонстрировала левую ногу. На голени алели две точки, следы зубов. Рана слегка припухла.

– Я высосу яд, – Далахар без дальнейших разговоров сгрёб Лисси в охапку и понёс в комнату.

Всюду здесь были полки, сколоченные из мореного дуба.

На них в беспорядке лежали карты и свитки, несколько полок были забиты книгами, пепельными от пыли. В глубине северянин обнаружил очаг в форме восьмиугольника, выложенный камнями. В очаге стояла закопчёная жаровня.

Далахар поискал глазами что-нибудь пригодное для лежания, но ни кроватей, ни диванов в комнате не оказалось. Тогда он поднёс Лисси к большому столу, смахнул на пол бумаги, свечи и глиняную кружку с остатками вина и аккуратно уложил девушку на дубовую поверхность.

Лисси выгнулась дугой, мелко и часто дыша.

Северянин оторвал от рубахи полоску ткани и туго обмотал ей бедро девушки.

– Какие славные ножки, – усмехнулся он и припал губами к ранке.

– Прекрати. Сам отравишься, – вяло протестовала Лисси, пока Далахар высасывал яд, часто сплёвывая.

– Справлюсь, – процедил северянин сквозь зубы. – Но надо расширить рану.

Быстрым движением он достал нож и сделал на месте укуса крестообразный надрез.