Отступник. История одного контракта

Да, как и остальные поняли все еще вечером, когда это произошло, – Сергей прекрасно понимал, о чем шла речь, из-за чего ему так и хотелось освободится и не оставить на Павле мокрого места, однако, этого пока Сергей сделать не мог и, сдерживая ярость, задал вопрос:

– Почему ты ее изнасиловал? Неужели не нашлось в деревне девок, которые сами бы тебе на шею вешались? Что она тебе вообще сделала?

– Сделала! – воскликнул Павел. – Отказала мне, понимаешь. Я ведь по-хорошему с ней хотел, в любви признавался ей одной.

Никак заворожила, ведьма, а она отмахнулась от меня, как от мухи, ну, я решил: если не по-хорошему, то пусть будет по-плохому. Ну, а тут еще это проклятие пустоши, вроде так вы ее называете, да, отступник? Но главный итог вышел просто прекрасным: я просто убью тварь и стану уже не преступником, а героем, а к героям вопросов нет. Остается лишь смерть одного свидетеля, то есть тебя, отступник, но вот как тебя убить? Просто перерезать тебе горло и сказать, что тебя достали когти твари? Хотя, такая рана может вызвать вопросы, в конце концов, когтей у бестии десять, а не один…

– Гад! – Сергей смачно плюнул кровью прямо в лицо Павлу, но тот и усом не повёл и вытер лицо.

– Да, ты прав, отступник! – Павел, схватив Сергея за горло, стал душить его. – Ну, а ты – труп.

Задыхаясь и понимая, что это конец, Сергей уж было простился с жизнью, но с этим разговором Сергей с Павлом совсем забыли про бестию, что стало фатальной ошибкой последнего, так как, придя в себя и завидев Павла, бестия пришла в неописуемую ярость, давшую ей силы, с которыми она частично разорвала сеть и освободилась.

Повернувшись на шум и увидев освободившуюся бестию, с яростью смотревшую на него, Павел в ужасе схватился за саблю, но было уже поздно: бестия ударом руки когтями срубила начисто ему кисть вместе с саблей, а затем вцепилась ему в горло, Павел даже крикнуть не успел, что и неудивительно с прогрызенным-то горлом. До смотревшего на это малость охреневшего Сергея быстро дошло, что случилось то, чего он и боялся, а все его труды и план, который почти удался, пошли к исчадью.

Бестия, вспомнив наконец и про Сергея, оторвала в прямом смысле свое внимание от глотки Павла и хлыставшей из нее алой крови, переключившись на него. А Сергей смотря на ее оскаленный рот, с которого текла кровь, и в глаза, теперь уж точно принадлежащие чудовищу, направил дуло пистолета прямо на них и, не колеблясь, спустил курок.