Сладостное забвение

Тони из тех парней, которых настолько пьянит собственная дурь, что они даже не чувствуют боли. Но я собирался заставить его почувствовать хоть что-то, прежде чем покину комнату.

Солнечные лучи освещали кабинет Сальватора сквозь жалюзи, подсвечивая пылинки в воздухе. Гости давно разошлись, можно было с уверенностью утверждать, что прием потерпел фиаско. А это означало, что мне предстояло еще больше обедов и торжественных вечеринок. Ни одна из семей не хотела рисковать и знакомиться друг с другом на таком пышном мероприятии как свадьба: ведь могла случиться ситуация, подобная сегодняшней, – и тогда все бы превратилось в кровавую резню на глазах у детей и женщин.

Лука застыл у двери и сверлил затылок Тони ледяным взглядом. Бенито и еще один его кузен помладше, ближе по возрасту к Адриане, замерли у стены, скрестив руки на груди. Сальватор с сокрушенным видом сидел за столом.

Я бы мог развязать целую войну за смерть Пьеро, и, вероятно, именно по этой причине Сальватор позволял мне все. И еще потому, что жизнь дочери оказалась под угрозой из-за идиотизма сына.

– Ты облажался, Тони, – сказал Сальватор, сцепив руки в замок над деревянной поверхностью стола. – Я ведь тебя предупреждал, но ты все равно натворил дел. Если бы с Еленой что-то произошло, ты бы сейчас уже плавал брюхом кверху в Гудзоне. Тебе повезло.

– Повезло, – издевательским тоном повторил Тони. Он потер челюсть и добавил: – Слева.

В груди заворочалось удовлетворение.

«Значит, справа».

Глава пятая

Всегда есть три точки зрения.

Моя, твоя и правда.

    – Джо Массино[14 - Бывший американский гангстер (род. 1943).] –

Елена

Я шла по коридору под песню «Мисфитс»[15 - Misfits («Изгои», «Неприкаянные» – [англ.]) – панк-группа из США, образовавшаяся в конце семидесятых годов – (Прим. пер.)], просачивающуюся из-под двери комнаты Адрианы. Оказавшись у себя, я начала раздеваться прямо по пути в ванную. Даже не взглянув в зеркало, включила горячую воду и встала под душ.

Меня словно жгло огнем.

Что-то должно смыть с меня жуткие воспоминания. Сегодняшний день вернул меня на полгода назад, к прошлому, когда на моем лице была его кровь.

Горячая вода хлынула, заставляя волосы липнуть к щекам и плечам. Я представила, что красный цвет, стекающий по телу и воронкой уходящий в слив, это обычная краска. Если бы от чувства вины было избавиться столь же просто.

Я закрыла глаза.

Крики. Холодное дуло у виска. Одна секунда, две.