Темное искушение

Я не смогла бы ничего сказать, даже если бы захотела. Он плотнее прижал ко мне ногу.

Я уткнулась лицом ему в шею, прикусив губу, когда меня пронзил оргазм – душный ад, выбивший дыхание из легких. После я задрожала, прижавшись к нему.

Наконец он прикоснулся ко мне, сжимая мои волосы и откидывая мою голову назад, чтобы посмотреть на меня.

Я прислонила голову к двери, полуприкрыв глаза. Возможно, мне должно быть стыдно за то, как легко и до смешного быстро он заставил меня кончить. Но я не чувствовала ничего, кроме того, как невероятно сильно он прижимался ко мне, кроме тепла его тела и ошеломляющего покалывания в венах.

Он смотрел на меня, как мне показалось, очень долго. А потом я увидела, как что-то жесткое сменило желание в его взгляде. Отступив, он напряг плечи, оставив меня замерзать, пока я пыталась отдышаться.

– Иди внутрь и запри дверь, Мила. – Сказано это было вовсе не мягко, и это не являлось предложением.

Мгновение я пристально смотрела на него, а затем молча повиновалась.

Как только дверь за мной закрылась, я соскользнула по ней, дрожа, в то время как горячий ожог его губ все еще тлел на моей коже.

Глава девятая

moonstruck (прил.) – мечтательно романтичный, зачарованный

Мила

Меня разбудил стук. Я застонала и накрыла лицо подушкой, когда увидела, что на часах всего семь. Я долго, до раннего утра не ложилась, смотря русские ситкомы. Кожа все еще горела после поцелуев Ронана. После них невозможно было уснуть.

Я все еще не могла поверить, что от его поцелуев кончила в коридоре.

Мне хотелось бы думать, что это был циклон подростковых гормонов и подавляемого желания, но я знала, что это химия между нами. Та, что обжигала, словно солнце на раскаленном асфальте, просто от того, что мы находились в одном помещении. И теперь я знала, что он тоже чувствовал это. Я могла лишь предположить, что его тревога после того, как все закончилось, была вызвана тем, что он вспомнил: мне всего девятнадцать.

Как будто это могло помочь, я планировала сказать ему, что на самом деле мне двадцать.

Когда стук продолжился, я вздохнула, откинула одеяло и прошла через комнату, чтобы открыть дверь, отчасти ожидая увидеть за ней Ивана. Но это был всего лишь подросток с большой белой коробкой и бумажным пакетом на ней.

– Мила Михайлова?

– Э, да?

Он сунул посылку мне в руки и ушел.

Я проследила, как он уходит, захлопнула дверь ногой и поставила коробку на кровать. Заглянув сначала в пакет, я улыбнулась. Завтрак.