Семена крови. Книга 1

Словно гиена он чувствовал запах крови, и шёл прямо на него, а возможно, ощущал страх Марины, по которому понимал, где искать девушку.

***

Освещая себе путь фонариком, Антон едва успевал сворачивать из одного коридора, в другой. Перебегал маленькие и большие комнаты с забитыми наглухо окнами и дверьми. Снаружи дом казался небольшим. Но парню он виделся бесконечным. В какой-то момент он с разбега влетел в широкий выступ, который внезапно преградил ему путь. Он вскочил и побежал дальше. Крик старухи не смолкал.

Раскаты грома продолжали сотрясать стены ветхого дома. Дрожащим голосом со сбитым дыханием Антон начал взывать о помощи. Пробегая очередной коридор, он стал замечать, как стены начинали постепенно сужаться, а комнаты уменьшались в размерах. Он вбежал в одну из таких комнат и остановился. Дальше бежать было некуда, в комнате не осталось дверей, и проемов, через которые он мог бы ускользнуть от сумасшедшей старухи. Его охватила паника, он стал метаться от одной стены к другой. Свободного места в комнате становилось все меньше, как и кислорода. Антон начал задыхаться. Куда бы он не бежал перед ним возникали все новые и новые выступы, а крик старухи становился громче и ближе. Юноша чувствовал на себе ее зловонное дыхание, будто она находилась совсем рядом, прямо за его спиной. Но каждый раз оборачиваясь, он не видел ничего, кроме вязкой темноты, которая окружала его повсюду и с каждой секундой поглощала своей немой пустотой.

Спустя продолжительную погоню, места, куда можно было бы спрятаться, не осталось.

Только крохотный квадратный участок и черный проем, куда Антон постоянно светил фонариком в ожидании бешеной старухи. Его трясло, каждая мышца на его теле была напряжена до придела, кровь мчалась по венам словно локомотив по раскаленным рельсам, а пульс тарабанил по вискам.

***

Марина рыдала, держалась рукой за рваную рану на голове, из которой медленно сочилась кровь, и бежала со всех ног. Она выкрикивала имя Антона и звала его на помощь.

Жуткий хохот мерзкого старика раздавался по всему дому. Заливаясь слезами, она спотыкалась, падала на пол, поднималась и продолжала бежать дальше, пока ее ноги не сплелись между собой, и она кувырком не свалилась в широкую трещину в полу. Сокрушив собой хлипкую перемычку, она рухнула на сырой холодный пол и оказалась в широком помещении с низким потолком, таким низким, что передвигаться там можно было только на четвереньках.