Населенный призраками

Она посмотрела вниз, на руки, которые сжимали пивную банку, как будто это был спасательный круг.

Все были такие милые, так почему она чувствовала себя так, как будто все, что она съела сегодня, теперь бултыхалось в животе в море теплого пива?

Может, потому, что все происходило очень быстро. Это всего лишь ее первый день в новой школе, а она уже окружена людьми, утверждающими, что хотят быть ее друзьями. Как-то слишком просто. В чем-то должен быть подвох.

В горле встал ком. Могли ли они знать о том, что с ней случилось? Ее старые друзья тоже так поступали – были с ней такими милыми, словно она требовала какого-то особо деликатного обращения.

Это была одна из причин, по которой ей не терпелось переехать. Кому нужны друзья, которые относятся к тебе так, словно ты нечто легко ломающееся?

Мозг лихорадочно работал, пытаясь понять, как хоть кто-то в Дрерфорде мог все про нее узнать. В Интернете ничего не было, в этом она не сомневалась, но Филадельфия была не так уж и далеко. Может быть, кто-то здесь знал кого-то из ее старой школы, кого-то, кто был на вечеринке…

– Ты как, в поряде? – Рейвен ненадолго оторвалась от своего телефона, нахмурившись.

 – Выглядишь слегка офигевшей.

Офигевшая. Правильное слово, описывающее то, как она себя чувствовала.

– Наверное, есть немного, – призналась Хендрикс и попыталась скрыть нервозность очередным глотком пива.

– Чувствуется. – Рейвен сунула телефон в карман и прислонилась к стойке. – Я была новенькой в прошлом году.

Это полный капец.

Хендрикс приподняла брови.

– Ты здесь всего год?

Рейвен казалась такой спокойной и расслабленной. Хендрикс предположила, что она выросла здесь, как и все остальные.

Но Рейвен покачала головой.

– Моя семья переехала из Бруклина в начале десятого класса. На самом деле маленький городок совсем не для меня, поэтому я вообразила, что ненавижу его целиком и полностью. Но потом Порция убедила меня попробовать себя в чирлидинге. Она сказала, что это окажет чудесное влияние на мой имидж.

 – Рейвен вздернула брови. – Прикинь, я не шучу. Мой имидж. Она действительно так сказала.

Хендрикс фыркнула. На Рейвен были надеты рваные джинсы поверх черных колготок, детская футболка из летнего лагеря, выглядевшая так, будто ее взяли на какой-то благотворительной раздаче, и массивное колье из бусин. А восьмиугольные очки делали ее темные глаза большими и круглыми.

Все в ней буквально вопило «творческая натура».