Населенный призраками

Мама начала было что-то говорить, но затем просто сжала губы, и Хендрикс знала, что она не могла заставить себя спросить: «Ты познакомилась с парнем?»

Она в смущении отвела взгляд. Это что, настолько очевидно? Сегодня утром в столовой она все прокручивала момент, когда лицо Коннора нервно перекосилось, прямо перед тем, как он пригласил ее на свидание, и как она его отморозила, сказав, что ей нужно немного подумать, прежде чем дать ему ответ.

Она и не собиралась говорить да. Сказать «да» было плохой идеей – с какой стороны ни посмотри.

Но это не значило, что она не могла наслаждаться хотя бы этим периодом отношений – когда еще ничего не случилось, пока никто ничего ни от кого не ждет. Она знала, что как только скажет Коннору, что не может встречаться с ним, все будет кончено. Ей надо успеть насладиться, пока это возможно.

– Слушайте, на самом деле у меня просто куча домашки, – сказала Хендрикс, хватая свою тарелку и отодвигаясь от стола. – Я, пожалуй, доем у себя наверху.

– Хочешь, я принесу тебе чаю? – крикнула мама, когда Хендрикс вышла из столовой.

У Хендрикс было ощущение, что мама собирается принести чай независимо от того, что она скажет, вероятно, представляя их двоих, лежащих поперек кровати за «серьезным разговором» о свиданиях и мальчиках. Неожиданно в горле образовался ком.

– Не стоит, но все равно спасибо. – А потом она пошла в свою комнату и закрыла за собой дверь.

Поставив тарелку с обедом на комод, Хендрикс подняла сумку с книгами и швырнула ее на кровать. Она и в самом деле решила сделать домашнее задание, хотя его было пока еще не так много.

Большинство учителей сказали, что она должна просто слушать лекции и стараться поспевать за всеми.

Вместо этого она подошла к своему шкафу и порылась внутри, обнаружив знакомую оранжевую футболку школьной сборной по футболу.

Это была футболка Грейсона. По крайней мере, раньше. Он отдал ее Хендрикс в прошлом году, после того, как один из его приятелей случайно разлил пиво прямо ей на блузку. Даже сейчас, после всего, что произошло между ними, Хендрикс было больно отказываться от этого.

Она не хотела, чтобы Грейсон вернулся. Но это не означало, что иногда она не скучала по нему. Вернее, не именно по нему, а по тому, каково это было – быть с ним.

Какое-то время у нее был человек, который любил ее больше, чем кто-либо еще. У нее был человек, с которым можно было гулять по вечерам в пятницу, тусоваться на вечеринках и который звонил ей перед сном. И это было классно.