Эльф

Пока в наших руках сосредоточены деньги и власть, мы будем жить так, как жили всегда. Но все же круг людей осведомленных ограничен, а это значит, что мы всегда можем помешать тому, кому условно доверяем. Согласно договору в случае совершения преступления в отношении мьера, наказание приводится в исполнение мьерами же. Так было всегда. А ты – одна из нас. Они преследуют тебя, потому что для этого есть причины. И я хочу о них знать. Если это – начало войны, у меня будет преимущество. Нужно только выйти на заказчика.

Он злобно улыбнулся, глядя на Тайрин. Внутри у нее что-то сжалось и захотелось отвернуться от него, чтобы не видеть этот оскал.

– Вот, значит, как… – прошептала она.

– А ты думала, что будет по-другому? – он сделал еще шаг и оказался в полуметре от нее.

– Нет, – ответила она и закрыла глаза.

Правило четвертое: «в жизни ни на кого не полагайся, потому что ты единственная, кто не сможет себя предать». Мама была права. Подсознательное желание довериться ему было слишком сильным, и она почти что нарушила четвертую заповедь.

– Люди убили твою мать? – спросил Дамьен.

– Что? – она вздрогнула и открыла глаза.

Он оказался совсем рядом с ней, и она почти отпрянула от него, сидя на кровати. Почти…

– Твою мать убили люди? – повторил Дамьен.

– Уходи, – Тайрин заметно напряглась. – Я устала.

– Этот твой дар. Он у тебя от матери? – напирал Дамьен.

– Уходи, слышишь? – повысила тон Тайрин.

– Я-то уйду, но рано или поздно тебе придется рассказать мне все, – подытожил Дамьен.

– Ты слишком много на себя берешь, – с вызовом произнесла она.

– Извини, но вся моя жизнь – это список того, что я на себя беру.

– Я не одна из твоих мьерок. И тебе не подчиняюсь.

– Ты отшельница, Тайрин, – он надменно вскинул подбородок. – И попадись ты в руки Сообщества, они раздавили бы тебя, как червяка на асфальте. И даже твое чутье тебя бы не спасло.

– Это спорный вопрос.

Он протянул руку к ее лицу и тут же ее отдернул. Взгляд стал мягче, от надменности не осталось и следа.

– Когда-нибудь что-то пойдет не так, и маленькая одинокая девочка, пусть даже и подготовленная к чему-то, не сможет противостоять сотням стражей, обученных вещам, о которых она только слышала.

– Что ты имеешь в виду? – выдавила из себя Тайрин.

– Таких, как ты, мьеры называют прорицателями. Это редкий дар, и в наших кругах он ценится.