Пробуждение

Она повернула голову и теперь уже более внимательно посмотрела на гостя. Катерина знала, что время изменило человечество за все эти годы. Исчезли светлые оттенки волос, кожа стала более смуглой, а глаза потемнели настолько, что светлым цветом оказался шоколадный оттенок, а не серый, как у этого незнакомца. Был ли он из ее времени или родился позже? Сейчас это не имело значения. Он пришел за ней как неравный по происхождению, как часть того мира, в котором она оказалась. Поэтому, когда бы он ни родился, для нее он был одним из них.

– Могу я узнать ваше имя? – спросила она, поднимаясь с места.

– Маркус.

– Очень приятно, Маркус. Катерина.

– То есть Кайлин, – исправил он.

– Здесь все называют меня этим именем, – Катерина пригладила смятое покрывало. – Почему не Кэтрин тогда?

– Все меняется, и имена тоже, – Маркус подошел к окну и посмотрел на вид, открывающийся с высоты десятого этажа. – Вы русская, а этот язык умер сотни лет назад точно так же, как и все остальные. Что же вы хотите от имен?

– Я хочу, чтобы имя, данное мне родителями, осталось прежним, – в голосе прозвучал протест и некое упорство, как будто Катерина пыталась убедить Маркуса, что есть вещи, которые нельзя забывать.

– Война стерла грани между людьми, – он посмотрел вверх на ровные ряды проносящихся по воздуху машин. – В этом мире остались лишь коренные жители и пробужденные, к которым относимся мы с вами. Это другая жизнь, дарованная вам не родителями, а Ими.

– До чего же мы докатились? – она сделала шаг и остановилась у окна рядом с ним. – До единого мира или потери собственного «я»?

– Мы стали убивать друг друга и занимались исключительно этим на протяжении четырехсот лет, – он посмотрел на нее. – Достаточный срок для того, чтобы потерять корни и собственное «я» вместе с ними.

– А где родились вы? – она тоже повернулась к нему лицом.

– В этом Центре, – ответил Маркус и улыбнулся.

– Хороший ответ. Но американский акцент портит впечатление, – Катерина вновь уставилась в окно, внимательно разглядывая прохожих внизу, которые с этой высоты казались мелкими букашками.

– Бывали в Америке? – спросил Маркус.

– И не раз, – усмехнулась она.

– Тогда понятно.

– Мне повезло, что сейчас все говорят на идо. Этот язык только начинал набирать популярность, когда я была маленькой. Хорошо, что я выучила его.

– Ваше произношение достойно похвалы.