Эксгумация

Анна проверила термометр, но тот, как всегда, показывал положенные шестьдесят семь градусов[10 - 67 градусов по Фаренгейту – 19,4 градуса по Цельсию.].

Пока она шла через комнату, ее пальцы машинально потянулись туда, где на плоской, твердой поверхности грудины, несколькими дюймами ниже яремной впадины, лежал кулон. Но они нащупали лишь кожу.

Некоторые люди говорят, что без обручального кольца чувствуют себя голыми. Шварцман их понимала. Она постаралась выбросить из головы картинки с места преступления. Они будут лишь отвлекать.

Ее работа – в этой комнате, на этом стальном столе. Все, что она сможет узнать об этой женщине из физических особенностей ее тела, поможет полиции найти убийцу. Для нее этого достаточно.

Анна нащупала инструменты на металлическом подносе. Скальпели, пилы для кости, камера для документирования травм, ножницы, которыми она прорезала ребра… Все на месте. Всегда. Шварцман вновь пробежала пальцами по инструментам – ей почему-то казалось, что чего-то не хватает.

Что бы она там ни упустила, это нечто не давало о себе знать.

Стуча металлическими колесами по цементному полу, Шварцман подкатила каталку к телу. Связала волосы в пучок на затылке, проверила, не болтаются ли свободные пряди, и надела пару латексных перчаток.

Невозможно предугадать, сколько времени займет вскрытие. Она начнет с одежды. Хейли и Хэл забрали единственное украшение, а она захватила балетки от «Тори Берч», размер восемь с половиной… кстати, такой же, как у нее. Затем проверила два небольших квадратных кармашка на лифе желтого платья.

Убедившись, что они пусты, осторожно сняла платье и сложила его в мешок в качестве вещдока. Под платьем у Виктории Стайн были надеты простой белый кружевной бюстгальтер и такие же белые трусы.

Бюстгальтер на косточках, что удивительно, поскольку Спенсер не любил бюстгальтеры на косточках. Трусики традиционного покроя, не стринги. Спенсер также не любил стринги.

Шварцман сложила обе части по отдельности, проверила правильность маркировки и положила стопку вещдоков на стойку у двери, чтобы потом отнести в лабораторию.

Теперь, когда Виктория Стайн лежала перед ней голая, Шварцман включила диктофон и назвала ее личные данные.

– Имя: Виктория Стайн. Возраст: тридцать три года. Рост: пять футов, семь дюймов…

Всего на дюйм ниже ее самой.

– Вес: сто тридцать пять фунтов. Раса: белая. Цвет волос: брюнетка.

Она изучила корни волос жертвы. Волосы недавно выкрашены, причем явно дорогой краской.