Навигатор

– Ты понимаешь, что наделал, полудурок?!

Михаил вскочил, отшвырнув, как пушинку, массивное кожаное кресло. Обошёл стол и присел на краешек напротив Кости.

– Вообще-то я деньги принёс, – окончательно сбитый с толку яростью шефа, пробормотал он.

– Деньги? Какая прелесть! – язвительно ответил дядя Миша, скрестив руки на груди. – А за что деньги?

– Ну, я там слил кое-что чеченцам одним знакомым…

– А что ты им слил, позволь поинтересоваться?

Голос шефа внезапно стал ласковым, отчего Константину стало ещё больше не по себе.

– Сердце. Им срочно было нужно, и деньги хорошие давали! Почти двести штук зелёных наликом отвалили!

– А ведь сначала ты мне показался смышлёным парнем, – сокрушённо проговорил Михаил. – И тебе, недоумку, не пришло в голову, с чего вдруг чеченцы, не торгуясь, отвалили тебе двести пятьдесят тысяч?

Он встал, нагнулся и приблизил лицо вплотную к Косте.

– А? Не подумал?! Такие бабки увидел, и ручки затряслись?

Костя закусил губу, опустил глаза. Шеф знал точную сумму, которую ему заплатили чехи, это плохо.

Но психовал он явно не из-за этого. Михаил Александрович вернулся к столу, поднял валяющееся кресло, уселся, задрав ноги на стол. Он улыбнулся Костику и снова елейным голосом поинтересовался:

– Скажи мне, юное дарование, сколько у нас на складе было сердец?

– Одно вроде бы…

– А почему оно у нас было одно? Почему почек у нас тридцать четыре, а сердце одно?!

– Ну, потому что трудно найти хорошее сердце, очень много некондиции, даже среди детей.

Экология, питание и другие антропогенные факторы, вызывающие необратимые изменения в сердечной ткани, – бубнил Костя, словно студент на экзамене.

Он вообще не понимал, что происходит. Да, он приторговывал иногда отдельными органами, но всегда делился с шефом. Почти всегда. Тот не одобрял, однако халтурить помощнику не мешал. До этого дня.

– Теорию выучил, молодец.

Сарказмом патологоанатома можно было уничтожить небольшую деревеньку где-нибудь под Липецком.

– А скажи мне тогда ещё.

Ты в курсе, кто ложится к нам на операцию через две с половиной недели? И главное – на какую операцию?

Костя начал лихорадочно вспоминать календарь предстоящих трансплантаций, но понял, что не помнит вообще ничего. Халтура слишком закрутила его, и он почти перестал интересоваться делами подпольной клиники. Куда ведь проще приехать на склад, забрать необходимое, отвезти заказчику. Кеш в карман, и хорошее настроение.

– Нет, не в курсе, – виновато пробурчал он.