Безымянный подросток с окраины города

Под их свесившимися ногами простиралась дорога, а по ней стремглав туда-сюда мчались автомобили, словно у всех вдруг появились срочные дела. Это была улица, вдоль которой стояло множество подобных невысоких домов, на крыши которых нетрудно попасть. Андрей питал любовь к прогулкам по петербургским крышам и не мог аргументировать её – просто любил и всё. Вот и сейчас, держась одной пятой точкой за край дома, он чувствовал себя хорошо, вдыхая воздух наступившей ночи, разбавляя его табаком.

Прямо напротив было небольшое кафе, так что Андрей и Коля видели всех входящих, всех выходящих, всех смеющихся и плачущих.

Попробуйте один вечер понаблюдать за входом кафе, и вы поразитесь, насколько разным кажется один и тот же день каждому из людей.

– Пиво будешь?

Андрей покачал головой.

Коля прильнул к бутылке, запрокинул голову и сделал несколько глотков. Потом поставил бутылку на место.

– Сигарету будешь?

Теперь уже Коля покачал головой.

Андрей потушил её об крышу и кинул на улицу, прямо на дорогу, надеясь, что она попадёт кому-то на лобовое стекло.

– Я вот только одного понять не могу, – Коля упёрся руками в скат крыши и подтянул себя ближе к краю. – На кой хрен тебе, amigo, надо было устраивать драку? Мы могли бы погулять спокойно, а не убегать от компании, которая хочет нас убить.

– Мне надо было выпустить пар, сам знаешь, amigo. А я по-другому не умею.

Какое-то время они оба молчали, глядя на Петербург поверх неровных, чем-то уродливых и одновременно красивых крыш. Город пестрел огнями, казалось, будто сегодня праздник, и потому каждая улица сияет в волшебных лучах.

Воздух тонул в постоянном, но тем не менее приятном шуме: под ногами, внизу, с рёвом проносились автомобили, звенели колокольчики у входа в кафе, кое-где постоянно открывали и закрывали окна, кто-то смеялся, кто-то рыдал, все разговаривали и делились эмоциями, потому что именно ночью люди более откровенны чем днём. Город жил, и Андрею нравилось наблюдать за ним – за его дыханием, за его сосудами, за каждой деталью, – сидя довольно высоко, без всякой страховки. В такие моменты ощущаешь жизнь.

Наконец он понял, что Коля от него хочет услышать, и сказал:

– Если ты ждёшь извинений, тогда прошу прощения. Я втянул тебя в это, не спросив разрешения. Я извиняюсь. – И немного помолчав, добавил: – Amigo.

На лице Коли расплылась улыбка, отчего он стал в сотню, в тысячу раз красивее.

– Проехали. Просто мне тошно осознавать, что я вмазал ни в чём не виновному человеку.