Олег из иных миров

– Перезаряжаюсь!! – сказал он, отошёл чуть подальше, одновременно вытаскивая патроны.

Когда он окончил перезарядку – твари уже не было в поле зрения. Последнее, что он понял – оно плюхнулось в канаву, пытаясь потушить огонь, но тут же выпрыгнуло наружу, как бы опасаясь придавить гражданского. Большие куски мяса отваливались от чудища на ходу, теперь оно не было таким же страшным и сильным, как раньше. Остался небольшой кусок плоти, размером с чемодан, который отрастил щупальца поменьше и шустро уносился наутёк.

За ним гнался броневик Богдановича, выплёвывая струи напалма, которые не дотягивались до удаляющегося существа.

Бойцы вели огонь из автоматов, но никто так и не попал – тварь вихляла зигзагом.

– Тварь почти убита, она уходит. Начинаю преследование, – сказал Богданович по рации. – Мне нужна помощь! Я могу упустить её из вида!

– Квадрокоптеры сбиты, – говорил взволнованный Нойманн по связи. – «Север», садитесь в машины! Не упустить тварь! Она нам слишком дорого обошлась!

– Так точно! – ответил Ратибор, залезая в единственный уцелевший автомобиль.

 – Третий и Пятый! Со мной! Остальные – не дайте сообщнику сгореть в канаве! Напалм горит в воде!

Уцелевшие бойцы с круглыми от ужаса глазами запрыгнули в машину. Ратибор разогнался и полетел по кочкам вперёд, следом за тварью.

***

Олег в панике уносил ноги… то есть щупальца. Вслед летели чрезвычайно болючие зажигательные пули – вот додумались, педрилы! Но никто больше не попадал, он уже немного оторвался от них.

Как же больно, твою мать! Ещё и эти ублюдки на броневике! Совсем забыл о них! Даже не заметил, как подъехали, в суматохе битвы! Разрывные снаряды, жгучий напалм… Олег потерял большую часть своей биомассы. Своей драгоценной биомассы! На наращивание которой у него ушли долгие месяцы убийств, похищений, погонь. И всё, чтобы вот так всё просрать за какие-то две минуты перестрелки! По своей же глупости. Следовало ожидать засаду! Следовало! Слишком рано Олег загордился своей хитростью и тактикой.

И Саня. Бедный Саня! Олег пытался вытащить его из канавы и унести с собой, но едва он к ней подошёл – рядом очутился огнемёт. Никогда такой боли не испытывал! Ничего не соображая – он рухнул в канаву, пытаясь сбить пламя, только потом одумавшись, что ведь в ней лежит его единственный на этой планете друг. Напалм остался и в воде. Он не тухнет в ней.