Олег из иных миров

Снова мучения под препаратами, но уже в лечебнице? Вряд ли его посадят в обычную тюрьму, проще счесть видавшего чудовище психом.

Убегать в другой город нельзя. Они подумают, что Саня напуган, больше не хочет иметь дел с Олегом, сочтут бесполезным в качестве наживки – и упекут за решётку. Либо со временем поймают Олега и всё равно упекут.

Если и подаваться в бега, то с Олегом. Так будет безопаснее. Но этот вариант тоже очень не нравился Сане. Он сулил кучу проблем, седые волосы через пару лет, моральную измотанность вечного беглеца.

Ведь одолеть Систему он не сможет, даже объединившись с чудовищем. Чем сильнее и проворней они будут давать отпор – тем сильнее будет их прижимать организация. Саня перешёл дорожку всему человечеству, объединившись с чудовищем. Теперь ему нет места в социуме, нет прощения. И назад пути тоже нет. Какая же жгучая и отчаянная мысль… Раскаяние. В такое не хотелось верить, в другое ушко тут же шептал ангелочек – нет никакого преследования, это всё паранойя, начни новую жизнь и кайфуй! Кайфуй! Авось пронесёт!

Делать вид, что он ищет Олега и тянуть время? А если за ним следят службы, чтобы проверить на вшивость? И этим поиском Олега он наоборот выкопает яму, его признают рецидивистом и – здравствуй Магадан.

Короче, Саня понял, что он в полной заднице, как ни крути. Сраные спецслужбисты! Могли бы хоть убедительней отпустить его на свободу? Чтобы он не насиловал сам себе мозги подозрениями, а вместо этого покайфовал пару недель в неведении…

Саня не знал, что делать.

***

– Володя, – тихо обратился к Нойманну старшина Калуев, когда они отошли поговорить на обочину лесной дороги, подальше от остальных бойцов. – По-другому точно никак? Грех на душу брать.

– Нет, – ответил Нойманн. – Они все уже мертвецы и без этого. Мы только облегчим беднягам страдания.

– Они точно – всё? Это стопудов?

– Споры были унесены ветром в сторону этой деревни. Разведчики замерили концентрацию в воздухе. Местность заражена.

– Вот как… – кивнул Калуев. – Но все ли там заражены?

– Пойми, – сказал Нойманн. – Если мы не сделаем своё дело – через несколько дней все живое здесь превратится в такой ужас… А потом их мёртвые тела начнут распространять новые споры. А если люди разъедутся по городам? Всех не отловишь. Масштабы окажутся просто катастрофическими. Мы и так уже на грани коллапса. Ведь заражены не только люди – птицы, звери. Упусти мы сейчас одну мышку – возникнет новый очаг.