Сборник абсурдных притч о смысле бытия. Часть 1

Но потом он собрался с силами и перенес последующие события с мужеством.

А было вот что.

Часом позже все рабочие завода собрались на заднем дворе. Осенний ветер продувал насквозь, если кто-то был без куртки с толстым подкладом. Воронье каркало, сидя на голых ветках берез.

Из-за угла литейного цеха выехал синий мотоцикл с люлькой. В люльке сидел человек из гречи.

– В казан его кладите, мужики, – скомандовал заместитель директора Привалов.

Трое крепких стахановцев вытащили гречневого человека из люльки и расположили точно по центру казана.

– Жгите! – сказал Привалов, – и маслица добавьте, да побольше.

Мужики притащили два ведра «Крестьянского», 3,2% жирности, и вывалили в нагревающейся казан.

– Хорошо-то как! – радовался гречневый человек, распластавшись на дне казана в плавящемся сливочном масле.

– Мужики, на медленном огне надо… подгорит же, – предложил водитель билаза Сергей.

– На то и расчет, Серёга, на то и расчет, – ответил бригадир смены Гаврилов и тут же прикрикнул поварам: «Соли добавьте! Да помешать не забудьте!»

В общем жарили гречневого человека где-то полчаса.

Воду не доливали. Подгорел он, конечно, будь здоров. Но на кухне к этому времени уже кипел чан с томатной подливой. Так что настроение у всех участников действа было праздничное. Водили хороводы, украшали друг друга гирляндами, стреляли в небо из хлопушек, запускали воздушного змея.

Потом принесли подливу и всем раздали по порции с остатками гречневого человека.

– А гречу-то все-таки додали, мужики! Ура! – выкрикнул Привалов.

– Ура! Ура! Ура! – вторила ему сытая и довольная толпа.

А после работы водитель белаза Сергей пришел домой и написал белый стих:

Ах, как грани этики тонки

Что позволяют как бы вскользь

Быть людоедом мне всерьез

И в тоже время им не быть.

Ибрагим

Знавали Вы про Ибрагима?

Про Ибрагима «Кусаку»?

С малых лет Ибрагим был «Кусакой», и прозвали так его не зря, ибо славился он своим умением перекусывать материалы и крепления немыслимой прочности.

Не было на свете того предмета, что Ибрагим не мог бы перекусить.

И не подумайте, что он был каким-то посредственным, тривиальным, дворовым кусакой. Нет, Ибрагим был первоклассным кусакой мирового уровня и наравне тягался с такими представителями кусачего искусства как Войцех Ожешко из Польши и хорват Златан Люйбович.