Варяжское море. Воин

Но в следующий миг его голова подлетела вверх, отделенная от тела клинком Ратибора и щедро орошая все вокруг себя брызгами крови… Лишь спустя пару секунд отчаянный девичий визг пронзил повисшую над кораблями тишину – даже пленницы неотрывно следили за хольмгангом! Я и вовсе, кажется, задержал дыхание…

А в следующий миг о днища драккаров застучали падающие на них топоры, копья, мечи – свеи сложили оружие, выполняя условия поединка.

Я осторожно выдохнул, в душе радуясь тому, как все сложилось, но тут в мою сторону развернулся Ратибор и, смерив подозрительным взглядом с головы до ног, властно приказал:

– Подойди.

О, каких усилий мне стоило сделать первый нетвердый шаг вперед под насмешливыми взорами окружающих! Но именно ирония в глазах руян вкупе с раздавшимися тихими насмешками (которые я, кстати, отлично понял!) заставили меня выпрямить спину, поднять голову и второй шаг сделать гораздо более уверенно. Будь что будет! Но показывать окружающим слабость, нерешительность и страх однозначно нельзя.

Когда до вожака варягов мне осталось всего пару шагов, я остановился, внимательно и спокойно смотря ему в лицо. Ну, по крайней мере, я очень стараюсь выглядеть спокойным! Между тем Ратибор коротко усмехнулся и вопросил:

– Ну, скажи нам, кто ты и откуда, «ромей». Хочу узнать, из-за кого случился этот бой, стоивший стольких жизней моих воинов!

Из толпы обступивших нас руян сразу послышался грозный рокот – а я только что обратил внимание, что победитель хольмганга говорит со мной не на свейском, а на языке, похожем на речь моих спутниц.

Более-менее успокоившись (чему быть, как говорится), я посмотрел прямо в глаза вожаку славян:

– Этот бой случился потому, что вы вышли в море за добычей и решили, что свеи могут ею стать. Однако сойдясь с викингами, поняли, что добыча эта очень зубастая и не стоит будущих потерь. Но когда Сверкер напал на меня, а хирдманы отвлеклись, сломав «стену щитов» и открыв щели для стрел, ты сам, ярл, отдал приказ ударить.

Ты увидел возможность начать бой удачно, ты получил повод атаковать – так не все ли равно, поселение каких вендов разорили свеи? На востоке, в Гардарике или в землях бодричей?

По окончании моих слов повисла напряженная тишина. Честно сказать, у меня самого перехватило дыхание – и не отпускало, пока Ратибор не рассмеялся. Оглушительно так, резко, заставив меня вздрогнуть всем телом, – а следом за вожаком засмеялись остальные воины.