Я весь во внимании, Мария

Мария останется со мной. Надеюсь, ты познаешь, что такое быть сильной и независимой женщиной, не благодари.

– Мне твоя наркоманка не нужна, и деньги мне твои не нужны. Я отсужу у тебя половину, и дом будет мой. Энергию богатства я сделаю на себя. И я буду сильной, и я тебя не боюсь, вот так.

– Все мое имущество зарегистрировано на бывшего бездомного за небольшое вознаграждение, а деньги я могу внести в крипто валюту, которую не отследить. И еще – хоть раз что-то бредовое скажешь про Марию, я зарегистрирую на тебя парочку программ с весьма незаконным оборотом денежных средств.

И знаешь, что будет после?

– …

– Я буду спокоен – ведь ты точно будешь проживать под крышей над головой и миской еды, а не где-то на улице.

– Что?! Я просто хотела, чтобы ты был чаще дома со мной, а ты, а ты. Подумай о нашей Гаечке.

– Марии, запомни, ее зовут Мария. Ей будет лучше без тебя.

– Все, я поехала к подруге! И не вздумай возвращать меня! Я-то думала: ты стал лучше. А ты, скотина. Я потратила на тебя лучшие годы, я сутками медитировала, изучала руны и мантры, чтобы у тебя все получилось, впитывала богатую энергетику в ресторанах, богатых авто, чтобы тебе её передать.

А ты, ты свинья неблагодарная. Понял, кто ты? Да?

Лидия, что-то бурча себе под нос, собирала вещи, периодически подбирая едкие слова в мой адрес. При этом громко через слезы и сопли их выкрикивала. Мария аккуратно зашла в комнату со словами:

– Мам, не делай папе плохо.

– Это твой папа сделал маме плохо, всю энергетику мне испортил.

Скотина.

– Мама, перестань быть глупой. Скот – это звери для добычи ресурсов, а папа не такой.

– Такой, такой. Попадание прямо 100 процентов.

– Папа – человек! А ты глупая.

– Глупая – значит. Да? Это ты ее настроил против меня, не я. Я старалась, как лучше. Я не твоя мама, и он не твой папа. Понятно, да?! А ты, ты будущая наркоманка, понимаешь, да? Всё, с меня хватит, от вас идет один негатив. Я чиститься.

Лидия уходит, высоко подняв голову вверх, и ударяется ногой о тумбочку.

Она делает вид, что ей не больно. Хлопает дверями и спустя пару секунд кричит шепотом о том, как ей больно:

– Ёбушки воробушки. Твою мать, адово проклятье, эта их энергетика всё, даже об тумбочку ударилась, снова. Это мне Вселенная знаки подает. Всё, я ухожу! Как же больно-то, сука-а-а…

Мы с Марией засмеялись. Она запрыгнула на кровать и легла со мной рядом:

– Пап?

– Я весь во внимании, Мария.