Грани бытия: Пламенная кровь

– Что такое? – вытащил голову из гроба Виктор. – А, тряска.

– Мы ни расшибемся? Так едем быстро, – спросила у него Лерайра.

– Нет, эта повозка необычная: ее пропитали, можно сказать, кровью вампира. Она даже может подниматься по крутым обрывам перпендикулярно земле, но нам в такие моменты внутри придется несладко. Ничего, потерпим. А теперь я сплю, – ответил он, закрыв гроб.

Дальше Дима и Лерайра вспоминали многие другие моменты из прошлого до самого рассвета, а потом они тоже легли в свои гробы. Дорога предстояла немаленькая, но приятно после всех таких страшных моментов и приключений отдыхать, общаться.

3

Сутки поездки быстро прошли у дружной компании. Вильям говорил очень мало, так как ему непривычно быть там, где его не бьют и не заставляют убивать, да и вся жизнь для него стала иной. Совсем близко уже находился небольшой городок, в котором планировали провести некий бал Виктор и Микириана. Считанные минуты остались до прибытия.

– А что за бал ты планируешь, Виктор? – поинтересовалась Лерайра, пока прихорашивалась перед небольшим зеркалом.

Делать это было трудно, так как карету сильно трясло. Бывало даже, что всех подкидывало вверх.

– У вампиров есть такой обычай: в день смерти предыдущего короля или королевы делается ритуал по его призыву. Для этого нужна кровь именно детей ушедшего правителя. Ритуал редкий, так как вампиры не всегда умирают при родах, да и тебя нужно было долго икать.

– А почему ты не мог использовать свою кровь?

– Я же отец Анастасии.

В твоей матери текла кровь моя и… моей жены. Частично эта кровь в тебе, а во мне нет крови своей бывшей жены.

– Ты не говорил, что у тебя была другая жена.

– Я ее не любил. Это был брак ради выживания королевской семьи. Во время родов она умерла, как и Анастасия. Мы оба друг друга не любили и даже немного презирали.

– А кем был мой отец?

– Раньше он дружил хорошо с твоей матерью, со временем они влюбились друг в друга. Любили они сильно. Когда Анастасия умерла во время родов, твой отец заботился о тебе, но потом тебя решено было спрятать в семье смертных, и его рассудок помешался.

Закончил жизнь самоубийством, сгорев под солнцем.

– Как его звали?

– Не будем об этом. Мне не хочется портить свое настроение сейчас плохими воспоминаниями.

– Хорошо.

Вдруг началась сильная тряска. Стол на колесах резко полетел в стенку и разломался.

– Что происходит? У нас такой тряски еще не было, – пробудился Вильям от своих мыслей.