Тайна Волчьего Утёса. Илина Дебьену

Может завтра на поле?

– Какие у тебя ко мне дела могут быть? – удивленно спросила Илина, смерив его взглядом с ног до головы, и кусок яблока встал у неё посередь горла. – Говори сейчас, раз уж я пришла.

– На свежую голову надо, – замялся Шандор, многозначительно взглянув Илине в глаза, и тут же отвёл взгляд.

– Ладно, так и быть, – бросила девушка, спеша скорее уйти прочь по тропинке. Шандор с Томашем остались стоять на месте.

– Тебя, может, проводить потом? – крикнул вслед Шандор.

– Томаш проводит, – не оборачиваясь, ответила Илина и поднялась на крыльцо дома.

Прошла целая минута, прежде чем входная дверь отворилась и на пороге появилась низкого роста худощавая девушка с белыми волосами, убранными под тонкий красный платок.

– Здравствуй, Анка. Хозяйка дома? – спросила Илина, выбросив огрызок яблока в заросли шиповника.

– Хо…

– Анка! Кто там припёрся на ночь глядя? – раздался голос из темных глубин дома.

Несмотря на то, что Виеру были одной из самых, если не самой, зажиточной семьей в деревне, они решительно экономили на всем, на чём только можно было экономить: начиная с масла для дверных петель и заканчивая свечами.

Их скупость доходила до того, что вместо покупки свечного воска почти задарма у Михэице, державшего пасеку, они отправляли Шандора бортничать в лес, как делалось в стародавние времена. Всё сбереженное доамна Богна видно складывала в большой ларь, чтобы глядеть на него и чахнуть.

Илина заглянула в мрак дома поверх Анкиного плеча и увидела грузную приземистую фигуру доамны Богны, медленно выплывающую в длинный коридор, очевидно, из гостевой комнаты.

Лицо женщины было подсвечено тусклыми бликами лучинки, которую она держала у груди. Тени, залегавшие глубоко под глазами, и седые кудри, выбивавшиеся из-под ночного чепца, придавали её лицу какое-то жуткое выражение, вызывавшее в Илине ещё больше неприязни, чем возникало обычно.

– Здравствуйте, доамна Богна! – придав голосу тон вежливости, произнесла Илина. – Талэйта закончила ваши чулочки, велели передать.

– А, Илина, – женщина выдавила подобие снисходительной улыбки. – Анка, принеси кошель.

Илина передала доамне Виеру сверток, который та тут же развернула и принялась внимательно изучать и тискать пальцами.

– Хорошо сделано, на совесть твоя сестра работает, – она немного помолчала и зачем-то продолжила, – я раньше тоже хорошо вязала, да в последние годы пальцы совсем болезнью скрючило. Даже деньги считать не могу.