Царский меч

Великий отказывался вдохнуть жизнь в вылепленные статуи придуманных им существ. Тогда он вдребезги разнёс их статуи. Он был очень недоволен. Кроме того, до него дошли известия от прибывавших к нему «менее могущественных» из тех девяти, что Повелитель Света задумал создать эльфов, и Великий вдохнул в них жизнь. Это были прекрасные, светлые существа.

– Я это знаю, но причём тут вы? – перебил Федя.

– А ты ещё не понял?

Федя задумался. «Героев. Выжил после серьёзного ранения. Очень умён и наблюдателен.

И, по словам царя, не человек». И тут Федю осенило! «Героев!»

– Так вы – тот самый Герой, который был десятым присоединившимся к Повелителю Тьмы, но перешедшим на сторону Света?

– Да, Федя, я – Герой.

Федя был поражён.

– Вам же столько лет! – воскликнул Федя. «Менее могущественный! И среди нас! Вот это да!»

– Много тысяч.

– И у вас есть какие-то сверхъестественные способности? Типа «захотел чего-то», и это сбылось?

– Тут не всё так просто. Каждое такое магическое действие совершается с согласия Великого.

Это согласие почти никак не ощущается, но благодаря ему и происходит это действие. Самоё лёгкое – это передвигать предметы, не прикасаясь к ним. А те, кто колдуют без согласия Великого, считаются тёмными магами.

– Но как тогда у них получается магия?

– Пытаясь сделать что-то магическое, я всегда думаю о Великом. Тёмные же маги думают о Повелителе Тьмы. Но это очень сложная наука, и даже я не всё об этом знаю. Иногда трудно догадаться, чего же желает Великий.

И не всё дано понять смертным. Но продолжим.

Когда Повелитель Тьмы был отправлен на самую далёкую планету, те девятеро остались на земле и пытались вести прежнюю жизнь. Но зло уже породило семена в их душах. Их выходки стали не нравиться всем «крылатым эльфам», и они по одному стали уходить и искать Повелителя Тьмы. Но не я…

Он ненадолго замолчал.

– Меня создал Великий после того, как создал «крылатых эльфов» и некоторых «менее могущественных».

Я помню, мир только создавался, и я принимал в этом участие. Повелитель Тьмы ушёл в изгнание, и мне почему-то было даже немного жаль его. Молод я был тогда и неразумен. В чём-то я завидовал «крылатым эльфам», ведь у них были крылья, а у нас их не было. И зародилась во мне гордыня, и когда Повелитель Тьмы вернулся, речи его убедили меня присоединиться к нему.

Я надеялся стать более могущественным с его помощью, как он обещал.