Пустой трон. Часть I

Делиний кивнул Гринию, и он с напарником, которого звали Лисний, стали укладывать тело на носилки.

Делиний окликнул людей:

– Есть ли здесь жители ближайших домов?

Одна женщина в тёмной шали обернулась. Лицо её почти всё было в морщинах, и на вид ей было около 50 лет. Седоватые волосы она скрывала под верхом шали. Делиний подошёл к ней.

– Госпожа, где вы проживаете?

– Вот в этом доме. – Она указала на двухэтажный дом справа, на окнах которого стояли цветы. Крыша была из серой черепицы.

– Итак, вы знаете, кто это?

– Первый раз тут вижу.

Мимо прошли два его помощника, которые несли носилки. Делиний оглянулся.

– Гриний, возьмите с собой господина Вилетия в управление, а потом идите в дом Велларии. Господин Вилетий!

Гриний и Лисний начали укладывать тело на носилки, а Вилетий, всё также сидевший рядом с телом Велларии, услышав своё имя, поднялся и обернулся.

– Вы знаете, где она жила? – спросил Делиний, когда Вилетий подошёл.

– Да, – кивнул Вилетий. – Это на улице Перигеллия, на углу с улицей Минтения.

– Хорошо, – сказал сыщик, но тут же осёкся. – То есть, плохо, конечно. Вся эта ситуация. Вы пойдёте с моими помощниками в управление, расскажите им, как найти дом Велларии, и ждите меня. Если у вас, конечно, есть время на это.

– Я помогу расследованию. – В красноватых от слёз глазах Вилетия загорелся огонь. – Тот, кто это сделал, должен заплатить.

– И он заплатит, – произнёс Делиний. – Я вам обещаю.

Сыщик сказал то, что должен был сказать. Он не чувствовал никаких эмоций, кроме жалости, и не чувствовал жажды мести, как Вилетий, и знал, что меру наказания будет определять суд, но также он знал, что с пылкими молодыми людьми нужно быть осторожнее, чтобы они там ничего не выкинули, не устроили бы самосуд или не стали бы бессмысленно истязать виновного по их мнению человека.

Он помнил, что зачастую эти люди даже не могут быть точно уверены в том, что этот человек виновен. Их ведёт не холодный рассудок, а горячее сердце, и поэтому они думают, что нашли виновного человека, хотя мотивы у настоящего преступника оказываются совсем иными.

Делиний отвернулся и улыбнулся. Ему нравилось показывать свою власть над людьми, которым в других случаях он не мог бы ничего сказать. Он не мог бы приказать помощнику лорда-казначея, но сейчас Вилетий зависит от него. Ведь сыщик имеет право воздавать по справедливости преступникам, чего хотят многие.

– Итак, госпожа, – обратился он к женщине. – Как вас?

– Серпиния.