Поступь потерянных душ IV: Культ

Зимой и так было безопасней, а теперь так вообще раздолье. Твоё имя у многих на устах.

– Я от этого не в восторге.

Увидев, что я поднялся и собираюсь уходить, Голли стёр невидимые пылинки со стойки и произнёс:

– Притаскивай своё барахло. Будем посмотреть.

– Хорошо, – я пожал ему на прощание руку, но остановился у выхода и спросил:

– Почему у тебя так пусто?

– Все в рейдах, Череп со своими недавно вернулся, но у них там беда какая-то приключилась. Так что им пока не до баров.

– Ясно. Удачи Голли, завтра загляну.

– Бывай, старатель.

Стоило мне покинуть бар, а затем перейти в жилой сектор, как тут же бросились в глаза резкие изменения. Община будто очнулась от долгого сна. Шум, гомон, куча людей в туннелях. Все куда-то торопятся, едва не бегут. Что-то тащат, перевозят на манипуляторах, полно рабочих в одинаковых спецовках.

Целый участок потолка прямо напротив контрольно-пропускного пункта, ранее закопченного и уродливого, теперь выкрашен в приятный голубоватый цвет.

Судя по отсутствию запаха, недавняя покраска велась современной нетоксичной краской. По периметру улицы суета: кипит работа, рабочий люди прилаживает какие-то таблицы над входами в боковые туннели. Обрывки разговоров только подтверждали всеобщую движуху.

– Они отрыли целый склад, полный консервированного провианта! Ты только представь, сколько там натурального мяса!

– Да ну, брешешь, откуда мясу взяться спустя столько времени?

– Иди в зад, Ги! Говорю же, сам собственными руками помогал разгружать! Это консервы, парень, они и десяток лет могут пролежать под землёй и ни хрена им не будет!

Мужики, обсуждающие консервы, свернули в боковой проход, а я, пробираясь сквозь людской поток, поравнялся с тройкой женщин.

– А знаешь, он мне понравился. А то, что пьёт, ну и фиг с ним. Все мужики пьют, а он своей жизнью рискует.

– Терпеть не могу пьяниц!

– Ну и дура! Твоя одежда из чего сшита? Из того, что доставили на станцию переработки! А душишься ты чем? А ешь что? Всё он и такие, как он, в общину тащат! И называть людей, рискующих своей жизнью пьяницами – это верх наглости!

– Сама ты ду…

Не желая слушать девичью ругань, я спешно обогнал молодых барышень и устремился к своему дому.

За время моего отсутствия здесь ничего не изменилось. Зайдя в квартиру, я скинул обувь и рухнул на кровать.

Но долго пролежать, не вышло. В тепле мои веки тяжелели, пролежать вот так десяток минут означало заснуть без вариантов.