Поступь потерянных душ III: Экспансия

Чудо напоминало прожжённого пивного алкаша с обвислыми титьками и выпирающим брюхом. Вот только у этого «алкаша» головы не было вовсе, кривые ножки, раскачивающаяся походка и особо бросающаяся в глаза правая лапа, превращённая, в не пойми что. То ли ворох щупалец с глазами, то ли ещё какая-то неэпическая хрень, рассмотреть с моего ракурса было сложно.

Урод скрылся за завалом, а я тихим сапом начал закладывать крюк, огибая опасное место. Твари продолжали вести себя как хозяева: клокочут, шумят… привыкли, что в их ареале обитания нет достойных противников, кроме других изменённых, привыкли, что толпой можно сожрать кого угодно.

Зря они это, хотя как знать, может быть, их выжило по норам достаточно, чтобы показать всем существам в мёртвом городе Кузькину мать.

Пропустив мимо себя стаю изменённых, вышел к железнодорожным путям. Я помнил это место, ещё до войны между ближайшими высотками и железной дорогой была так называемая чистая зона. Не разрешалось строить здания поблизости, как и не разрешалось пересекать их аэротрассой поверху.

Никому не хотелось, чтобы на головы пассажиров упал аэромобиль или какой-то предмет, выброшенный с высоты многоэтажного здания спровоцировав тем самым гибель множества людей и катастрофу.

Железнодорожная ветка была утоплена в землю, по бокам – почти туннель, разве что крыши нет. Три метра от края до низа, а там – вода, ничего не видно, и не течёт, зараза, стоит. Очень плохо, в стоячей воде завестись может всякое. Хотя импульс вряд ли позволит, но ведь водились же в реке выродки? Как-то избегали остаточного излучения, наверное, прятались перед и после импульса в какие-то норы.

И тут ситуация может оказаться схожей.

Пошёл метрах в пятнадцати от края, по границе завалов от ближайших высоток. Идти близко к воде не рискнул – то, что я ничего не вижу в этой мути, ещё не значит, что те, кто может там обитать, не увидят меня и не полезут попробовать на зуб.

Спустя какое-то время пришлось притормозить, и идти дальше очень серьёзно сжав булки.

А всё дело в том, что у меня нарисовались попутчики. Те самые измененные, которых я встретил немногим ранее. Я определил, что это именно они по приметному Кригу, безголовому толстяку с извивающейся конечностью.

Шесть особей, прут вперёд медленно, часто отвлекаются, рыскают в мусоре и завалах – голодные. Самый сильный – шестой уровень, две пятёрки и ещё три четвёрки. При должной удаче я могу положить их всех.