Треск Цепей II: Белый Ворон

Ярость, любовь…

Поморщившись от этой пустой болтовни, я перебил колдуна, впрочем, без особого пыла:

– Боль и страдание.

Старик ухватился за тёмный капюшон своего одеяния, накрыл им голову и ответил:

– Ты прав. Страдание это основа, – он повёл рукой в воздухе, и свет стал угасать. Повернувшись ко мне спиной, колдун ушёл во тьму, напоследок, проговорив: – Меня зовут мастер Альест, и что-то мне подсказывает, что мы ещё встретимся.

Адский хирург покинул склеп, оставив меня в полумраке в компании замученных людей.

На моём языке вертелось множество вопросов, но ни один из них я не стал задавать. Колдун воспринимался чудовищем, врагом, и в то же время… он спас мне жизнь.

Я пошёл следом через минуту, дождавшись, когда ИскИн в полной мере восстановит функции интерфейса. Биологический атлас был недоступен, моё тело в очередной раз претерпело ряд изменений, и для полноценного анализа ИИ понадобится несколько циклов отдыха носителя, то есть мой сон.

Пробираться приходилось едва ли не на ощупь – большинство осветительных кристаллов, будто истощённые произошедшими здесь ужасами, едва-едва тлели.

Снаружи было светлей, а ИскИн обратил моё внимание на то, что местные кристаллы-лампы, очень грубые, безо всякой отделки, выглядят так, будто их только вчера добыли в шахте, и сильно отличаются от городских фонарей.

Представшая моим глазам улица не была жилой, как не была она и обычным туннелем. Множество ступеней вело вниз и вверх по обе стороны от мостовой, упираясь в тёмные рты выбитых врат подгорных склепов.

Из каменных обломков кто-то собрал пирамиды и водрузил на их вершину освещающие пространство кристаллы. Но потустороннего света, который мне почудился, когда меня несли к колдуну, здесь не было.

– Господин, мы ррады вашему появлению.

На внешних ступенях склепа меня уже ждали. Пятеро, все как один – зверолюды. Одеты в обычную для их племени экипировку, полную хитрых застёжек и кожаных ремней. Глубокие капюшоны скрывают лица, не позволяя понять, самки передо мной или самцы.

У троих оружия не видно, четвёртый держит в руках корявый посох, а пятый…

Пятой была кошка, я узнал её по голосу, которым она осадила заговорившего в лодке кота. Она же приветствовала меня сейчас, выступив вперёд и согнувшись в поклоне, попутно разворачивая свёрток, внутри которого оказались мой меч и волшебное кольцо.

Оставив свёрток лежать на широкой ступени, зверолюдка отступила прочь, стоило мне сделать шаг в её направлении.