Поступь потерянных душ V: Адепт

Сойка повторяла в рацию один и тот же вопрос:

– Найд! Что происходит? Найд, приём! Найд!

Остальные не решались забивать частоту связи и, похоже, замерли, не понимая, что происходит, а я… А я, при условии, что сенсоры комплекса визуального наблюдения перезагружались, видел лишь мохнатую, шевелящуюся тьму, что неслась ко мне со стороны входа.

Зрение, привитое мне мутагеном, снова спасло мою жизнь. Если бы не оно, я бы наверняка продолжил ломиться к выходу, где и нашёл бы свою смерть.

Отсутствие освещения, перезагрузка сенсоров шлема в результате удара и невозможность избежать атаки рвущейся ко мне со всех сторон неизвестной угрозы заставили меня остаться на месте и сработать на голой реакции.

Я успел вскочить на напружиненные ноги, выудил светошумовую гранату и бросил её на пол, одновременно приказывая ИскИну полностью заблокировать входящий звук в наушниках шлема. Не будь у меня похожего опыта после схватки со скризлами в преддверии Ямы, в жизни бы не догадался отдать подобную команду ИИ.

Я не мог видеть своих врагов, мои изменённые мутагеном глаза не выхватывали из тьмы подробностей, фиксировали лишь стремительные движения чего-то небольшого, одинаково быстро передвигающегося и по потолку, и по стенам.

Хлопок под ногами породил вспышку, но я был готов. В руке разгорающийся плазмой клинок, глаза закрыты. Вдох-выдох, первый шаг к выходу, приглушённые звуки, практически полностью заблокированные шлемом.

Касание чего-то живого краями обуви, лёгкий кислый запах, примешивающийся к вони, оставшейся от подрыва гранаты…

С новым вздохом, на третьем шаге, я раскрыл глаза. Под подошвой хрустнуло что-то мерзкое, живое, без конца дёргающееся и дезориентированное взрывом. Заработали сенсоры в глазницах шлема и, повинуясь команде, ИскИн разблокировал звуковые фильтры.

Я увидел и услышал их одновременно. Пространство дальше по коридору было сплошь усеяно мутантами.

Сплошной ковёр шевелящихся многоногих особей, чьи гибкие хвосты, в несколько десятков сантиметров длиной, без конца щёлкали. Неизвестный мне вид, что-то среднее между пауком и скорпионом. От совсем маленьких, с фалангу пальца, до гигантов, чьё туловище достигало размеров человеческой головы.

Я никогда не был брезгливым, но, как только я разглядел этот шевелящейся ковёр, мне показалось, что от омерзения у меня зашевелились волосы на голове.