Треск Цепей I: Отражение

Вот валится на пол лишённая сияния груда костей и сухой плоти, завёрнутая в тряпки. В проёме узкого входа на лестницу тесно от тел, кукольные, дерганые движения. Щелчки и потрескивания превратились в сплошной фоновый шум, барабанной дробью сопровождающий схватку.

Я не смог удержать проход. От моих ударов пало трое умертвий, но затем на меня шагнула сразу пара скелетов, одновременно миновавших штырь, и я был вынужден отступить от основания лестницы. В этот миг в схватку вступил мастер ключей. Зверолюд возник по левую руку от меня.

Крутясь словно юла, он обрушил на потянувшегося к нему мертвеца целый град ударов, под которыми треснул череп и разлетелись в стороны обломки костей.

Сердце стучало в моей груди сильно, напористо, словно необъезженный конь. Помня о словах Мара, я шагнул обратно и встретил косым, почти вертикальным ударом следующую тварь. Вспышка, пожравшая сияние, арбалетный болт, пролетевший над моим плечом и ударивший в череп без нижней челюсти. Я колол и рубил, озаряемый мертвенным светом и белыми вспышками, пока враги просто не кончились.

Все они были слабыми, не чета призракам. Неуклюжие, медленные, мгновенно погибающие от сильного удара зачарованного клинка. Они не были серьёзной угрозой. По крайней мере, пока в моих руках найденный в храме меч. Ни у кого из них не появлялось в костлявых руках призрачного оружия.

– Это было не так сложно, как с призраками. У них даже оружия нет, а гибнут они быстрее, чем если бы на их месте были живые люди.

Я пытался успокоить дыхание, сбитое адреналином и чередой непривычных движений.

– Ты не совррал, мррау-ру, что прришёл издалека. Иначе как объяснить, что ты не знаешь о силе их касаний?

Зверолюд встал рядом, смотря вместе со мной на гору костей и полусгнивших останков.

– Касаний?

Мар кивком указал на мой порванный рукав, тот самый, который ухватил своими костлявыми пальцами первый мертвец.

– Бойся касаний. Тебе повезло, что он взял пальцами трряпку, а не твою рруку через неё, мррау-ру.

Они становятся сильнее, когда касаются живых, отбиррают силы, заставляют взгляд меррркнуть. Некоторые люди от таких касаний сразу седеют.

Облизав пересохшие губы, я ответил:

– Буду знать, – я прислушивался, но больше не слышал щелчков и треска, что сопровождал появление мертвецов. Никакого шума, кроме стучащего в висках сердца. – Наверху тишина… Идём?

– Да, мррау-ру, порра начинать погоню. Мы уже сррражались вместе, но я всё ещё не знаю твоего имени.