Действительность. Том 1

По той простой причине, что опровергать воззрение в этом ключе, каким бы оно не казалось абсурдным, не найдётся достаточных оснований, в силу отсутствия высших авторитетов оценки, и общего для всех, фундамента всякой такой, возможной основательности. Метафизические воззрения, воззрения идеального плана, вообще, нет никакого смысла, опровергать, или подтверждать. Ведь, на этих бескрайних просторах, всё, что существует, уже имеет в себе достаточно подтверждения, и право на собственное основание. В этих полях, как в сказочной стране, за семью морями, и семью горами, может случиться всё, что угодно.

Имеет ли право тот, или иной человек, рассуждать о душе? Безусловно! Ведь каждый, кто о ней рассуждает, полагая, что рассуждает о чужих душах, на самом деле, рассуждает только о своей душе. А по поводу права на умозаключения, я абсолютно уверен, что каждый, сам определяет своё право. На том простом основании, что всякое право – индивидуально, и его определяет для себя, только сам человек. Усреднение права, право для всех, это общее право, право стада.

Ибо, нет на земле, ни одного авторитета, который был бы вправе, определять чужие права.

Чем же, на самом деле, является наша душа? Какой бы не была планомерной, дотошной, и глубокой вивисекция, в этом ключе, она, как правило, не давала ничего, либо давала так мало, что это, всё равно не имело большого значения, для понимания душевного агрегата. Но, мы так устроены, что обязательно будем и впредь наступать на одни и те же грабли. Мы любим препарировать, мы не можем без этого.

Мы стремимся к этому, всегда, во всём, и везде. Всю свою сознательную жизнь, мы только и занимаемся вивисекцией всего и вся, что попадает нам под руку. Мы вскрываем, и начинаем отделять, и соединять. И что бы, не возникло на нашем горизонте, что бы мы не выхватили, из темноты своим воззрением, мы всегда найдём, что препарировать, разделить, и противопоставить.

И я, здесь, со своим мятежным сознанием, не стану исключением. И на этих страницах, попытаюсь представить, этот сверхсложный душевный агрегат, душу, в метафоре физико-метафизического контекста.

Душевные радости, и душевные невзгоды…, тревоги, и душевное умиротворение…, её, невероятная чувствительность ко всему, что нас окружает. Она, либо, подобно воздушному шарику, наполняемому чистым эфиром любви, поднимается над всем бренным, и суетливым, и взмывает за облака…, либо, подобно торбе, наполняется вязкой жидкостью заблуждений, и с годами обременяется, и тяжелеет, от этого хлама.