Бецкой и его государыня-дочь. Тайны царской династии в исторических романах

Снова и снова он пытался понять, почему же им так заинтересовались шведы? Верно ли он разгадал их замысел? Неужели действительно готовят новую смуту и в подготовке её отводят ему, представителю знаменитого рода, одну из ведущих ролей?

Казалось бы, для царствующей династии князь не представлял опасности? Но так ли это? Конечно, живя в России и находясь на службе царской, он бы так и оставался военачальником. Но… В руках врагов он мог представлять серьёзную силу для сокрушения существующего строя. Да, он не прямой потомок, но ведь он – представитель рода Трубецких, а значит при известных стараниях заинтересованных сил мог превратиться в то знамя, которое «по свистку из-за бугра» могли поднять силы, недовольные правлением Романовых или просто заточенные на смуту в стране.

И, оценивая своё положение в плену, князь Иван Юрьевич всё более сознавал, что близок к разгадке замысла шведов.

Было, что вспомнить, было о чём подумать князю Ивану Юрьевичу. Прежде всего, не покидала мысль о побеге. Но пока он не представлял себе, как это сделать.

Охрана была надёжной, да и запирали пленных, выбившихся из сил во время перехода, в добротных сараях или амбарах, из которых просто так, без каких-либо подручных средств не выбраться.

Первое время его держали вместе со всеми пленными. Затем отделили генералов и офицеров от солдат, так что он оказался в одной группе вместе со своими подчинёнными. С ними легче было договориться о побеге, наметить план, выбрать удобное время.

Когда после беседы со шведскими генералами, охранники втолкнули князя Трубецкого в сарай, к нему подошли офицеры его дивизии.

Они не спали, ждали своего командира.

– Не чаяли в живых вас увидеть, – сказал полушёпотом полковник Теремрин.

Этот офицер командовал одним из полков в дивизии Трубецкого. Полк принял на себя удар превосходящих сил и держался стойко, пока его не обошли с правого, незащищённого фланга. Фланг открыли бежавшие части, брошенные своими иноземными командирами. Полковник сам возглавил контратаку, но в рукопашной был оглушён ударом сзади, и также как Трубецкой, очнулся уже в плену.

Повезло, что не было огнестрельных ранений. С огнестрелами выжили немногие. Никакого милосердия к пленным у шведов не было, не было и никакой медицинской помощи. Хорошо ещё что не сразу не расстреляли. Видимо усматривали какие-то выгоды, иначе… Иначе всё! Шведы русских людей, за людей не считали.

Трубецкой тихо сказал:

– Как видите, жив. Предлагали перейти к ним на службу.