Бецкой и его государыня-дочь. Тайны царской династии в исторических романах

Она мельком взглянула и сразу заметила необычную подпись, сделанную не по дворцовому этикету: «Вашего императорского величества. Бецкой».

И никаких принятых при дворе слов перед фамилией – верноподданный и прочих.

Улыбнувшись, начала издалека:

– Хотела спросить… Это личный вопрос. Вы встречались с моей матушкой после её отъезда из России?

– Да, мы были вместе до её последнего часа.

– Она вам говорила.., – императрица сделала паузу, и Бецкой закончил за неё, почувствовав, что произнести следующие слова государыне сложно.

– Да, о том, что ты, матушка-государыня, наша с нею дочь я знал ещё раньше – я знал о том, когда ты была избрана в невесты великого князя.

– Потому вас и приставили к нам?

Бецкой улыбнулся и ответил:

– Тот, кто принял сие решение, государыня-доченька, не ведал того. Но ему было аккуратно подсказано.

Императрица сразу заметила, что Бецкой перешёл на ты и избрал эту необычную форму обращения – государыня-доченька.

Она понимала, что нет никакой нужды предупреждать его о том, что подобное возможно лишь без посторонних ушей. Ровно, как и она не могла сделать ни малейшего намёка в своих словах на их отношения, разговаривая с ним прилюдно.

– Ну что ж, батюшка Иван Иваныч, вот и вынесла нас судьба на гребень истории. Ныне, пока ещё дела не навалились водопадом, как, полагаю, навалятся уже завтра, я хотела расспросить о многом.

– Вашего императорского величества Бецкой к твоим услугам, государыня-доченька.

Тонко сказано. Оценила императрица эту фразу. Всё аккуратно разделено: официально – императорское величество, неофициально – всё-таки государыня-доченька.

Что же далее крутить вокруг, да около!? Ей очень хотелось, да и было очень важно узнать как можно больше о своей тайной родословной. Узнать, конечно, для себя, но теперь ведь всё, что касалось её лично, не могло не коснуться при известных условиях всего государства.

– Да, мне матушка говорила, что я – дочь русского князя, – начала государыня. – Она призналась в этом ещё по дороге в Петербург, опасаясь, что в столице, может статься, и словом не перекинуться без посторонних ушей.

– Внучка русского князя Ивана Юрьевича Трубецкого, – поправил Иван Иванович, – Словом ты, государыня-доченька, по деду своему вовсе не Романова, а Трубецкая. Трубецкие же, сама знаешь, от рода русского, от Рюриковичей.