Листая старые журналы…

 – Показание Георгия Конисского о пытке раскаленною шиною есть единственное, и никакого другого свидетельства о такого рода пытке мы не нашли.

У Берхгольца, в рассказе о деле князя Матвея Петровича Гагарина, губернатора Сибирского, есть следующие подробности: «Кнут есть род плети, состоящей из короткой палки и очень длинного ремня. Преступнику обыкновенно связывают руки назад и поднимают их кверху так что руки его придутся над головою и вовсе выйдут из суставов; после этого палач берет кнут в обе руки, отступает несколько шагов назад и потом с разбегу и припрыгнув, ударяет между плеч, вдоль спины, и если удар бывает силен, то пробивает до костей.

Палачи так хорошо знают свое дело, что могут класть удар к удару ровно, как бы размеряя их циркулем и линейкой. Наказание кнутом бывает двоякое: одно употребляется при допросах и заменяет пытку, а другое есть собственно так называемое наказание кнутом, которое от первого отличается только тем, что преступника один из палачей держит на спине».

Берхгольц в Дневнике своем несколько раз упоминает о каком то виташии, объясняя, что так назывался старший палач или, как его величает автор: обер-кнутмейстер, лично распоряжавшийся при допросах и пытках государственных преступников и бывший в тоже время чем-то в роде придворного шута; в бытность Берхгольца в России умер один виташий, и в эту должность в тоже время был назначен другой. Слова виташий нигде мы не встречали и полагаем, что Берхгольц исковеркал какое-либо другое название.

У Шаппа есть описание наказания, которое он называет: казнь большого кнута. Это и есть собственно пытка на виске: подсудимого подымают на блоке вверх, веревкой, которою связаны ему руки; к ногам у щиколоток привязано бревно, и, кроме того, упирают подсудимому в живот подпорку крестообразной Формы. Иногда руки ему связывают сзади, и тогда при подъеме они выходят из суставов.

При этом описании приложена большая гравюра, отчетливо исполненная и передающая эту отвратительную сцену с ужасающей верностью.

Гравюра эта более всего может дать понятие об этом страшном истязании. По нашему мнению, она снята не с натуры, а с какого-нибудь старого рисунка, изображавшего пытку еще в конце XVII столетия. Там изображен человек, повешенный за руки (связанные, однако не сзади) на перекладину и с привязанным к ногам бревном, на котором стоит одной ногой палач, держащий в руках кнут, из которого он, по-видимому, выжимает кровь.