Начало. От первых опытов духовной жизни до осознания Себя

Напротив, жизнь казалось мне слишком реальной! И эта реальность иногда становилась настолько плотной, что я испытывал почти физическое удушье. Я был бы рад, если бы жизнь хоть немного походила на сказку или сон, но это не могло быть правдой.

Полной противоположностью этому обыденному и такому удручающему взгляду на мир были редкие всплески очень яркой и глубокой радости, которые можно кратко описать как чувство согласия и единения с миром.

Возможно такое состояние сознания, когда человек будет осознавать процесс восприятия и сможет отделять иллюзию от реальности.

Такой опыт чаще всего называют Пробуждением, просветлением или состоянием «здесь и сейчас». Мне больше нравится вариант «состояние повышенной осознанности».

Опишу один из таких случаев, который произошел со мной около двадцати лет назад.

Ранним весенним утром я сменился с дежурства в РУБОПе, целые сутки пришлось просидеть в закрытом помещении, поспать удалось только урывками. Я вышел на улицу в полусонном состоянии, автоматически прошел несколько десятков шагов, когда вдруг понял, что нахожусь в каком-то странном месте.

Множество раз я проходил по этой улице, но никогда не видел ничего подобного. Всё вокруг – и высокие пирамидальные тополя, покрытые молодой листвой, и дома, и даже уличный мусор – стало вдруг объемным и живым. Как будто я всю жизнь смотрел плоское кино, и вдруг кто-то включил стереоизображение.

Но самое главное, конечно, это мое внутреннее состояние. Изначально я не хотел описывать его подробно потому, что это практически невозможно описать словами.

И всё же я попробую. Мне придется постоянно нарушать элементарную логику и приводить взаимоисключающие суждения.

Я чувствовал какую-то неизъяснимую, трепетную радость, как будто я пришел на свидание и вот, наконец, увидел любимую. Такое можно испытать только к очень близкому, родному человеку. Но я испытывал это ко всему, что видел, ко всему миру, без предпочтений.

Это чувство было необыкновенно серьезным, мне хотелось всех понять и всем помочь.

Но одновременно в нем был какой-то юмор или даже ирония. Этот мир был непоправимо, глобально смешон. Можно сказать, это было его фундаментальное качество. Мне хотелось одновременно сострадать людям и смеяться над ними. Я подозреваю, что на лице у меня была идиотская улыбка.

Описывать можно бесконечно, потому что состояние это бесконечно разнообразное. Но хочу рассказать еще только об одной странности – о расширении личного пространства.