Башня

Видимо, это было самое основное в его снаряжении, так как об остальном он нисколько не беспокоился.

Вообще, старый внушал ужас. Здоровый, около двух метров, он обладал ярким коротким шрамом через весь левый глаз, отчего тот все время был прищурен. Ещё одно украшение – сломанный широкий нос, высовывающийся поверх широкой бороды и усов. Говорил дед мало, коротко, только по делу. Руку, как правило, всегда держал на рукоятке короткого широкого меча, с которым не расставался, по-видимому, даже в кровати.

Что касается принца, то там был совсем иной типаж.

Светлый, примерно такого же роста, как и слуга, он был приветлив и общителен. Очень любопытен. И, в отличие от тяжелого прищура слуги, обладал очень живым приятным взглядом, постоянно цепляющимся за что-то новое. В целом, производил положительное впечатление, особенно грамотным подходом к деньгам, которые использовал и для подкупа.

По роду своей деятельности, а именно пьянству и попрошайничеству, Григорий как никто научился отлавливать эти важные моменты в состоятельных господах, поэтому и был до сих пор жив, вовремя находя нужный подход.

Он уже смирился, что к седому старику путь отрезан, и всё свое обаяние сосредоточил исключительно на принце. В душе никак не хотела умирать надежда, что как только он доведет их до башни, они его отпустят.

– Господин, – следуя за маститым конем, пытал силы Григорий. – Ну зачем Вам это гиблое место, у нас и без того хватает жутких мест, куда я могу Вас сводить. Вовсе не обязательно начинать именно с этого.

– Мало одного серебряного? – улыбнулся принц, вглядываясь в дорогу. – Тебя, Григорий, жадность погубит. Лучше расскажи, зачем ты попёрся в эту даль, ведь по ходу вчерашней попойки ты больше о самой жути рассказывал, а о причине промолчал.

– Так просто всё. Я по-пьяному туда забрел.

– Лжешь! – буркнул старик. – Выпороть бы тебя палками.

– Ну, так что, Григорий, последуем совету Людвига?

– Нет, не надо, – смутился пьяница и как можно лучше изобразил пристыженность. Он прекрасно помнил причину, по которой пошёл в такую глушь.

Как и принц, он обладал жгучим любопытством и тягой к деньгам, поэтому, не удержавшись, последовал за богатой женщиной с конвоем, который совсем недавно посетил их таверну.

С виду они выглядели неброско, но опытный взгляд сразу распознал в них дворян, которые так неумело маскировались под простолюдинов. Григорий просто не мог не последовать за ними в лес, в котором заблудился и вышел к башне, где и встретился с чудовищем.