Диктатура трезвых

, а сколько прочитано лекций, проведено бесед в ИТУ, в профтехучилищах, в школах, в колледжах, в институтах…

Иные утверждают, будто бы «общества трезвенников состоят по большей части из бывших алкоголиков. Это логично – тому, кто никогда не пил и не собирается делать там нечего».

Возможно, с точки зрения постороннего наблюдателя так оно и есть. Мне же – изнутри – трудно сказать, из кого они состоят «по большей части». Мы своих как-то не берем за кадык, и не испрашиваем строго: «А ну-к, братец, скажи-ка, сколь ты пил до вступления в ряды наши?!» И уж, тем более, не рассматриваем пьянство былое, как некое клеймо.

Беда-то ведь не в том, что человек оступился, что был некогда сбит с истинного пути, не в том, каким стал под влиянием рекламы алкоголя и пропаганды пития, ведущейся через СМИ, беда в том, что он, имея представление о самом себе, не предпринял усилий для того, чтобы измениться, выкарабкаться, выдраться из трясины дурмана, из паутины проалкогольной лжи, и, хуже того, продолжает восхвалять свое противоестественное позорное состояние.

Помните: «Никто не повинен в том, если он родился рабом; но раб, который не только чуждается стремлений к своей свободе, но оправдывает и приукрашивает свое рабство… такой раб есть вызывающий законное чувство негодования, презрения и омерзения холуй и хам». (В. И. Ленин).

Именно холуй и хам, стоящий на позициях алкобизнеса, способен по заказу строчить подлые статейки, походя обливать трезвых людей словесной грязью, заявлять, в частности, что общество трезвых состоит исключительно из бывших алкоголиков и пр., и т. п.

В принципе, нет ничего зазорного в том, что общество трезвости состоит и из бывших алкоголиков. И я бы даже сказал, что это и хорошо, что в общество трезвости входят люди, которые не понаслышке знают о морально-психологическом страдании под названием алкоголизм.

Ведь именно этих людей уже не собьешь с толку лукавой трепотней о возможности научиться умеренно и культурно поглощать интоксиканты типа пива, вина и водки. Алкоголики – это эксперты высшей пробы, золотой фонд нашего трезвеннического движения.