Третье око

Может тоже от семьи оторван? Кто знает.

– По маме скучаю, – не стала скрывать Аня. Сытая, она была наиболее честна с окружающим ее миром: – Я ведь жила в нормальной семье.

– Я тоже, – хмуро ответил Федор.

С этими мышцами, очками, стрижкой под бокс и склонностью к программированию, он был словно прикол над системой. Смешавшей очкариков, качков, боксеров в одну странную кучу. А потом, словно этого было мало, туда подкинули личную проблему. Добавив психике остроты.

Только вот зачем опять в открытую? Уж мог бы подождать, пока они останутся вдвоем.

Что за странная тут у всех привычка говорит о личном при всех? Группе угрожает опасность? Давайте обсудим. Есть маньяк телепат? Давайте обсудим. Я страдаю по маме – давайте обсудим. Как в группе алкоголиков, анонимных. Может, стоит ему похлопать?

– И давно мучения? – съязвила Аня, но тут же пожалела. По сути, он пока единственный, с кем можно подобное обсудить.

– Да всегда, – бросил ложку крепыш и, судя по всему, затаив обиду поднялся.

 – Спасибо за компанию.

Ох, как ей хотелось поднакидать ему вдогонку! Вариантов же тьма. «Мама позвала», «время поплакать», «печаль напала». Но, к сожалению, все та же сытость сделала свою черную работу, наделив ее характер некоторой благосклонностью к слабостям сильного пола. Уходит и ладно. Тут хорошая оранжерея, в ней можно и в одиночестве мальчику всплакнуть.

– Жаль его, – с грустью заметила Ася. – Я думала, он доволен.

– Да? А то что он вот так вывалил тебе свою личную беду, тебя не смущает?

– А почему должно смущать?

– Да потому что это странно.

Ладно мы, девчонки, можем это обсудить, но этот увалень… Он вроде как мужик.

– Мужчины куда слабее нас, – улыбнулась Ася, – им нужно больше защиты.

– И платочков. Подай мне вон тот десерт, пожалуйста. Прям вот смотрит на меня.

– Ты так потолстеешь.

– Да. Но зато это пока единственное, что меня успокаивает. И мне тут нравится. Повариха – она, конечно, от бога.

Видимо, борщ – это что-то вроде проверки. Но ничего, я теперь поняла, ради чего надо беречь силы. Ради десертов, – злобно сказала Аня, принимая блюдце с огромным красным желе. – Как же вкусно!

Она подняла кусок и стала запихивать его в рот. Огромный, он никак не хотел поддаваться, но, благодаря стараниям, все же смялся и влез. Довольная, она повернулась к Асе и, вздрогнув, едва не отправилась на тот свет, подавившись этим чертовым десертом.