Эпидемия

Но евреи, несмотря на гонения и погромы, оставались верны своему Богу и всегда хотели вернуться на свою историческую родину в Палестину, в Иерусалим, к Стене Плача (стена храма, которая осталась после того, как храм был разрушен). Победа Израиля в шестидневной войне над арабскими странами, которые были вооружены современным оружием и обучены ведущей сверхдержавой, разрушила миф о евреях, как о трусливых и презренных созданиях, которые не могут за себя постоять и боятся воевать. Этот миф не выдержал фактов, он рассыпался в глазах многих нерелигиозных и неверующих в бога людей.

Религиозных же он заставил ещё больше поверить тому, что написано в библии о евреях, как о смелых и храбрых воинах, умеющих с честью сражаться и побеждать своих врагов.

После Шестидневной войны я стал гордым евреем, начал встречаться и дружить с такими же евреями, как я. Эта война помогла мне в дальнейшем принять решение. Я разочаровался в Советском Союзе, который оказался врагом моего народа, и вместе с арабами хотел его уничтожить.

Я понял, что в СССР вряд ли можно что-то изменить, и, что это не мое дело, в нем что-то менять. Нас тут не хотят, мы тут чужие, и это естественно и в этом ничего плохого нет. На свете есть страна, где живут такие же, как мы евреи, наши братья по крови и происхождению, которым нужна наша помощь, и помощь которых нужна нам. Шестидневная война перевернула мою жизнь и не только мою, но и жизнь моего брата и многих других советских евреев. Появилась солидарность с евреями, живущими в Израиле. Мир вокруг стал меняться. Стали меньше рассказывать анекдоты о жадных и трусливых евреях, на них стали смотреть иначе, и многие евреи тоже изменили своё мнение о себе. «Еврей» перестал быть обидным прозвищем, и в глазах многих в нем даже появилось достоинство. Во время еврейских праздников я вместе со своим братом начал посещать синагогу. Он стал еврейским активистом и начал изучать иврит и ходить на лекции по еврейской истории. Я тоже, как и он, пропитался еврейским духом, но поскольку приблизительно в это время начал учиться в институте, то боялся, что меня могут отчислить, и старался не быть навиду, был осторожен и не лез на рожон. Мой брат принес домой учебник иврита «Элеф милим», и я с его помощью начал тоже изучать иврит. Иногда мы, еврейские ребята и девушки, собирались у кого-нибудь из еврейских активистов дома и встречали субботу (Шаббат). Знакомились, смеялись, танцевали, ели, пили вино и водку, и конечно обсуждали жизнь в Израиле.