Темная вода. Сборник

Профессионально. Он аккуратно прикрыл двери. Следовало быть очень осторожным. Звон посуды был едва различимым. Это было понятно, девушка не хотела будить своего любимого, который лежал в кровати, раскинув руки. Доктор вытащил скальпель и, мягко ступая по дешевому ковру, обошел спящего. Это был крупный мужчина с крепким подбородком и широкими мозолистыми руками, использующимися, по всей видимости, для тяжелого труда. Доктор положил руку ему на рот, а второй быстро провел скальпелем по горлу. Все было сделано быстро и четко.

Шум был ни к чему. Ведь этот мужчина не был главным блюдом. Проснувшись, он захрипел. Но смертельная рана быстро сделала его податливым и послушным, не способным оказать какое—либо сопротивление. Доктор прислушался. Нет. Шум, доносившийся с кухни, не стих. Наоборот, он только набирал обороты. Увлекшись приготовлением еды, девушка забыла о тишине.

Запах. Исключительный запах домашней пищи. Он всегда отличался от ресторанного, где нанятые люди готовили хорошо, но без души.

Доктор вытер скальпель о простынь. Чистота. Она ? залог успеха, как и время ? залог жизни.

Встав у дверного проема, доктор смог отчетливо разглядеть весь весьма небогатый рацион этой бедной семьи. Бобы, листья салата и, кажется, пиво, запах которого он так и не смог точно уловить. Да, они были бедны и счастливы. Но это пока. До этой минуты. Или часа. Лучше, наверное, сказать ? вечера.

Он почувствовал волнение. Мягкое, нежное, возбуждающее, сводящее с ума и раздвигающее пальцы в страстном дрожании.

Боже, боже, неужели он почувствует это снова?! Он обернулся и посмотрел на окровавленного мужчину, кровь которого все больше и больше пропитывала дешевые простыни. Нет. Этот рабочий никогда не смог бы подарить ему столь сильные эмоции.

Доктор прислушался. Неужели? Неужели она еще и поет? Этот нежный, дивный человеческий продукт, несомненно, заслуживает его трепетного внимания. Он аккуратно заглянул за угол. Все, как тогда в магазине. Утонченность, хрупкость, грация.

Доктор вышел из укрытия и тихо подошел к ней сзади. Запах волос, насквозь пропахший цветами, будоражил. Пропитывал. Заводил. Он обхватил её за талию и, пережав рукой рот, потащил в комнату. Сопротивление. Толчки. Судорожный ужас. Как же это приятно. Он с силой сжал ее. Да. Только так можно получить покой.

А потом, потом они остались наедине или, правильней сказать, едины. Он всадил ей скальпель. Сильно, порывисто, страстно.