Перерождение 4026

Дилан уже успел привыкнуть к теплу в помещении и, выйдя на улицу, ему стало холодно. Также успел пройти небольшой дождь. Стало сыро. Редкие капли стекали по серым выступам забора.

Он увидел этого костлявого парня, стоявшего на коленях на мокрой земле. Голова его наклонена, а ошейник прикреплен к стене.

«Почему они не боятся, что его украдут?»

– Рассматривай… -те. – Верзила встал за спиной Дилана, почти впритык.

– Иди перекури, я дальше сам. – Дилан ткнул пальцем в сторону.

Тот лишь сплюнул и отошел.

«О боже, да! Наконец-то! Я нашел человека! Я не один! Да, да, да!». Небольшая дрожь пронеслась по его телу. Переизбыток волнительных эмоций предвещал скорейший экстаз лицезрения своего собрата. Верность своим убеждениям затупляла его мышление. Некий сгусток добродетели вырисовывался в мечтах его. Он представлял, как будет взрастать птенец, находясь при этом: другом, наставником, советчиком.

А, быть может, виной всему этот присущий людям инстинкт – держаться вместе? Или Дилан просто хотел знать, что он не одинок на всем свете? Всю жизнь он размышлял о том, есть ли еще где-то отпрыск божий по подобию его.

– Эй, дружище, я тоже человек, я тебя вытащу отсюда. – Его рука прильнула к плечу пленника. – Эй, парень! – Шепот его немного передернул. Дилан помог ему приподнять голову…

Теперь наш герой мог достаточно хорошо разглядеть бедолагу.

Это было призрачно-белое лицо, изуродованное до неузнаваемости…

Изуродованное операциями…

Обезображенные глаза, которые когда-то имели совсем другую структуру.

– Да кто же ты такой? – с ужасом спросил Дилан.

Из век показались полностью белые глаза. Парень ничего не видел. Он медленно приоткрыл рот, перед словами оттуда вышел хриплый воздух.

– Меа зоут… Не помю, – очень тихо сказал он.

– Ты… человек? – все так же смотрел Дилан.

– Пигл…

«Пигр, наверное. Господи, да ему отрезали пятак и присобачили человеческий нос. Разрезали рот и глаза до наших размеров».

Дилана обманули. Все его сладостные предвкушения разрушились.

Глаза этого существа были совершены безжизненными. Он был ходячим мертвецом.

Его глотка по-прежнему открыта. Стекавшие слюни лишь давали понять, как он далек от сознания.