Бремя неспящих

Далеко за полночь к гостинице «Бездонный ларь», в трактире которой веселье было в самом разгаре, подъехал одинокий всадник на вороном саксонском жеребце. Ловко спешившись и привязав коня у входа, он вошёл внутрь.

Шум здесь стоял почти невыносимый для ушей трезвого человека. Пятеро мушкетёров азартно сражались в карты, невдалеке от них порядком расхристанные телохранители кардинала Мазарини горячо обсуждали предстоящую женитьбу Людовика с испанской инфантой Марией-Терезией и двусмысленные отношения молодого короля с племянницей своего хозяина, Марией Манчини (ходили упорные слухи, что первый министр хочет через неё породниться с государем).

У противоположной стены одна группка мещан играла в кости, другая, в опасной близости от первой, самозабвенно лупцевала друг друга. В углу, за небольшим столом, печально склонив голову к кубку с вином, одиноко сидел молодой дворянин лет тридцати, с усталым лицом, казавшемся очень бледным на фоне чёрного бархатного сюртука, скупо расшитого бисером.

Прибывший нашёл глазами хозяина заведения и направился к нему.

– Вечер добрый, любезный, – негромко молвил Аристокл, положив ладонь в перчатке на деревянную стойку, за которой стоял пузатый низкорослый Кретон, владетель «Бездонного ларя».

– Добрый, мсье, – поспешно, в меру подобострастно ответил трактирщик: ему хватило одного намётанного взгляда, чтобы оценить достоинства незнакомца. Одет он был изысканно, но без излишеств; предпочитал чёрный цвет. Высокие ботфорты с необычно маленькими стальными шпорами, узкие креповые панталоны; короткая куртка из английского сукна без каких-либо украшений, бархатный камзол, странного табачного цвета сорочка с воротником и манжетами, украшенными незатейливым кружевом; длинный, до колен, дорожный плащ; войлочная шляпа с полями несколько более узкими, нежели обычно, со страусовым пером, покрашенным в иссиня-чёрный цвет.

Из-под шляпы на плечи спускались прямые белокурые волосы; довольно-таки пышные светлые усы и треугольная бородка, щёки и верхнюю часть шеи покрывала многодневная щетина. Шёлковая полумаска скрывала верхнюю часть лица. Судя по всему, приезжий не гнался за модой, несомненно являлся дворянином самой лучшей породы и при этом был далеко не беден. Кретон мгновенно смекнул, что сможет изрядно получить с этого господина.

– У вас тут нескучно, как я погляжу, – иронично заметил Аристокл.

– Люди празднуют скорый приезд государя, – как бы оправдываясь, произнёс Кретон.