Список Райской

– Тогда что же? Вы готовы невесть ради чего отказаться от юного девственного тела? Всякий мужчина мечтает о подобном! Или, может быть, моя дочь вам совсем не нравится?

– Дело не в этом. Во-первых, я занимаюсь с женщиной сексом только в том случае, если испытываю к ней чувства. Во-вторых, это большая ответственность. В-третьих, у меня никогда не было девственницы. В-четвёртых, это попахивает уголовным преследованием… сколько вам лет, мадмуазель?

– Ей ***, – ответствовал отец.

– Вообще-то, *** с половиной, – поправила его Аглая.

– Слушайте, я прошу вас об одолжении, какие тут могут быть уголовные последствия? Об этом кроме нас троих никто не узнает, – поспешно заговорил Аристарх Иванович, кинув на дочь гневный взгляд. – Одумайтесь! Вы – идеальный дефлоратор. Такой материал пропадает!

– Спасибо за угощение и за столь заманчивое предложение, – Ярополк поднялся со стула. – Признаюсь, я польщён. Всего доброго.

– Подождите, пожалуйста, – устало молвил Аристарх Иванович. – М-да, никак я не ожидал от вас такой реакции.

Но что ж, подобное поведение лишь удваивает вашу ценность, подтверждая ваши высокие моральные качества – в коих, собственно, я и не сомневался. – Он осушил бокал, налил ещё портвейна. – Может быть, это не заметно, но я богатый, весьма богатый человек и готов щедро заплатить за данную процедуру.

Ярополк смерил седобородого эксцентрика долгим внимательным взглядом своих умных серо-голубых глаз:

– Я похож на проститута?

– Вы похожи на исключительного дефлоратора, мой друг.

Если вы не желаете сделать мне и моей дочери, и всему моему потомству… одолжение, то воспримите это как работу. Что такое работа? Вы выполняете некие возложенные на вас обязанности и получаете за это денежное вознаграждение. То же самое предлагаю вам я.

– Это разные вещи.

– В чём же отличие?

Молодой человек задумался. Пристально посмотрел на Аглаю: длинные вьющиеся тёмно-русые волосы, правильные черты лица; поразительно похожа на родителя. Из макияжа – накрашены только губы.

В целом м и л а ш к а, но на его вкус слишком обыкновенна, никакой изюминки.

– А вы-то, барышня-весталка, согласны на всё это? – спросил он.

– Согласна. Вы мне очень понравились, – девушка потупила взор и зарделась. – И я… разделяю взгляды папы на… дефлорацию.

– Однако ж, донельзя странная ситуация, – растерянно проговорил Ярополк. – И сколько вы готовы мне заплатить за данную… услугу?

– Скажем, десять тысяч евро. Половину я могу перевести вам прямо сейчас.