Вторая мировая война. Архитекторы войны, или Сага о тех, кто приближали день войны, как могли…

Хоть записывай их в святые и выдвигай на Нобелевскую премию мира.

Как все здорово, и не подкопаешься! В Испании идет гражданская война, пусть сам народ и решает, какой строй устанавливать у себя в стране. Ну, а то, что советские танки, артиллерия пашут землю Иберии, сталинские соколы бороздят испанское небо, советские советники-чекисты наводят свои порядки уже почти три года – это Чемберлену-Англии и Даладье-Франции до лампочки…

Без особых проблем они дают добро в отношении Австрии и Чехословакии, и два голубя мира разлетаются по своим столицам, чтобы громогласно возвестить городу и миру (Лондону и Парижу) о мире, о вечном мире пока, правда, только в Европе.

Но не за горами то светлое будущее, когда такой долгожданный мир постучится в каждый дом, дворец, хижину, избу, халупу, вигвам, хибару на всей планете Земля. Не знаю как тебе, Иоахим, а мне от умиления так и хочется пустить слезу. Однако, зная всю подноготную, глаза остаются сухими.

Иоахим: А меня, извините за грубое выражение, тошнит от их цинизма и лицемерия, наигранного пацифизма.

Адольф: Ты абсолютно прав, дорогой Иоахим. В наши планы война с Польшей не входила. Я всегда считал поляков союзниками в борьбе с коммунистической экспансией. Ведь кому-кому, а им на своей шкуре все эти годы приходилось терпеть со стороны СССР постоянные провокации на границе, диверсии внутри страны. К сожалению, это не послужило им горьким уроком. Стало понятно, что Чемберлену и Даладье нужно, чего бы им это не стоило, сорвать сделку Германии и Польши: иначе они остаются в меньшинстве в Европе.

А вхождение Польши в Берлинский пакт делает некоронованных королей Европы и мира голыми.

Да, кстати, что там Даладье и Чемберлен нам вслед промямлили, когда мы на танках въезжали в Польшу? Шум был большой, и я не расслышал.

Иоахим: Мой фюрер, они объявили нам войну. Но, правда, тут же попрятались в окопах и с тех пор их не слыхать, сидят, как мышь под веником. Может, не будем на них отвлекаться, ведь нас ждут великие дела – впереди план Барбаросса.

Адольф: Нет-нет, Иоахим, никоим образом! Они сочтут, что я струсил, а это ляжет пятном на мою репутацию фюрера нации. Притом перед дранг нах Ост, чтобы обезопасить тылы, совершим дранг нах Вест. Я думаю, что забавно будет видеть, как драпают лягушатники, а вот на восточном направлении, чует мое сердце, будет гораздо сложнее.

Русский воин, воспитанный на боевых традициях своих предков, воюет бесстрашно, бесшабашно и отчаянно.