Пятый мир

Поначалу охотники отказали хилому юноше, но тут подошел его отец, командир отряда, и вопрос был решен.

– Ты не слишком-то и хотел становиться одним из нас, я видел это, а вот Кнуд предпочел закрыть на это глаза, – продолжал вожак. – Знаешь, многие в этом мире делают то, чего не слишком-то и хотели, но иногда стоит исправлять столь досадные недоразумения.

– Не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

– Лин и Солух – крепкие ребята, они выкарабкаются, но глупость твоего отца в прошлом и твоя трусость в настоящем подвергли опасности наших охотников, а это довольно скверно.

Именно поэтому в качестве наказания я буду просить старейшин, чтобы тебя исключили из рядов охотников. Я дам тебе второй шанс в выборе стаи, не провали его.

Рогдар не мог поверить своим ушам. Все складывалось как нельзя лучше. Возможно, если бы был жив отец, то Рогдар не осмелился бы и подумать о таком, но теперь все было иначе. Наконец он принадлежал сам себе. Очень необычное чувство.

– Спасибо.

– Только не нужно выдавать такую реакцию во время суда старейшин, – улыбнулся Хар.

Красное закатное солнце только что скрылось за горизонтом, на степь опустились сумерки. В этот момент вдали показались очертания людских фигур. Их было не меньше сотни, и они быстрым шагом двигались в сторону лагеря охотников.

– Знаешь, Рогдар, по-моему, тебе все же придется ненадолго остаться в наших рядах, – угрюмо промолвил Хар.

Глава 3

Макс никак не мог сосредоточиться на голосе учителя, который выплескивал свой гнев в адрес Таля, большого тучного мальчишки, стоявшего у доски и пытающегося вспомнить ход сражения у Звонкого ручья между волкодлаками и людьми.

С каждой секундой очертания сухого старичка в поеденной молью шкуре размывались все сильней, пока он окончательно не превратился в большое светлое пятно на глазах Макса. История его не интересовала, как и остальные предметы, которые он считал бесполезными. Пожалуй, единственное, чему он научился за годы, проведенные в школе, так это виртуозному одурачиванию учителей.

Впрочем, этим всегда можно было воспользоваться и когда мать заставляла его убираться в доме, и когда отец показывал, как разделывать тушу. К семнадцати годам Макс научился так искусно имитировать всевозможную деятельность, что считал себя в этом деле мастером. Вот и сейчас, изображая интерес перед учителем, он раздумывал над тем, когда уже отец вместе с другими охотниками вернется с пойманным безликим.