‎Красавица и чудовища

С другой стороны, фамилия Бенуа не произвела на них особого впечатления, как быстро выяснила Элиза, выйдя на дорогу и будучи представлена внезапным гостям. Так что встреченные могли быть просто безумцами.

– Госпожа Элиза! – продравшись сквозь кусты крикнул Эрик, – немедленно возвращайтесь в экипаж! Здесь видели стаю хищных зверей!

– Да, – наклонила голову Элиза, – здесь отчего-то все сошли с ума и делают, что хотят.

Когда Эрик поравнялся с ней, она со всей силы вмазала сложенным веером примерно в район уха.

То, что до того казалось всего лишь одним из проявлений страха – тяжелый едва уловимый запах, чувствующийся лишь в том, как он обволакивает пересыхающее горло – был настоящим запахом, исходившим от этих зверей. И Эрик весь им пропах. Он был совсем близко к ним… Еще чуть-чуть и…

Что может быть проще, чем просто следовать ее приказу?!

Хорошо, что Феона снова помогла удержаться на ослабевших ногах.

Шрамы на лице Эрика неравномерно налились кровью от ярости, но все же он извинился.

Элиза не чувствовала раскаяния.

– Милая леди, что вы такое делаете? – раздался веселый удалой голос.

– Представьтесь моим слугам, – с жестом, как будто стряхивая капли с пальцев, сказала Элиза, – если они заключат, что ваше дело имеет значение, я позволю вам говорить.

Элиза до сих пор была вне себя от безрассудства Эрика, потому ляпнула первое, что пришло в голову, только бы избавиться от лишних разговоров.

– Но мне хочется узнать ваше имя именно от вас, – капризно протянул он, подходя ближе, очевидно не поняв, кто перед ним. Высокий и мускулистый провинциальный щеголь. Впрочем, его лицо было достаточно обаятельно.

– Представьтесь сами, – холодно сказала она.

– Зовите меня просто: Жерар. Я местный воевода. Я – тот, кто защищает город и хранит покой большей его части, – он сорвал с себя не-егерскую шляпу и легонько поклонился.

– И что же вы хотите?

– Узнать ваши имена и цель визита, милые леди.

– Вы сами сказали, что способны хранить покой лишь части города. Потому я расскажу лишь о части своей цели. И лишь когда мы войдем в город, – сказала Элиза.

– Каюсь! Но как я могу успокоить все женские сердца в моем городе, когда я несу в нем службу? Войдите в мое положение, милые леди!

Он, похоже, был вменяем. И он что-то скрывал. Он чуть запнулся, выдавая свою пошлую реплику про женские сердца.