‎Красавица и чудовища

Не возражаешь оказать ту же услугу моей свите?

– Свите? – с интересом переспросила Селин.

– Две благородные дочери достойнейших семей. Я ручаюсь за них. Они остановились в городе и, наверное, уже умирают от скуки. Повесели их.

– С радостью, – воспряла Селин, – у меня мало подруг.

У Элизы дернулась щека:

– Ты невыносима, – холодно бросила она.

– Нет, я честно! В деревне я была… как бы…

– Замолкни, – решилась Элиза, – я не хотела тебе этого говорить, но придется. По тебе, как по гостевой горничной, видно, как ты витаешь в облаках и рдеешь при любом упоминании лорда.

Не отнекивайся. Я пришла сюда именно для того, чтобы заключить с ним союз. Ты – моя соперница. Ты – единственная гостья, на чье присутствие лорд дал личное согласие. Но ты ведешь себя, как любезная деревенская прислуга! Не стыдно?! До каких пор ты будешь терпеть обращение на «ты»?! Ты порочишь и мою честь, и честь лорда, если позволяешь себе такое! Будто бы его приглашение данное тебе ничего не значит!

– Я ничего подобного не думала! И вы не можете быть моей соперницей.

Он не приемлет никого из-за своего жуткого вида. Я лишь мечтаю стать с ним друзьями… – совсем уж неразборчиво закончила покрасневшая Селин.

– Жуткого вида? – расхохоталась Элиза, – мое будущее – скрепить замужеством очередной мятежный род. Выйти за разнузданного человека вкусившего всю сладость плодов безнаказанности, но оказавшегося в итоге побежденным. И не просто заключить союз, а держать мужа в узде во имя империи до конца своих дней.

Проведя всю жизнь посреди его вассалов. Будучи живым напоминаниям его растоптанным амбициям и желаниям. В сравнении с этим…

Разумеется, это было преувеличением. Элиза имела достойное воспитание, чтобы осуществить подобное. Но сейчас ее не заботили такие мелочи. Просто в последнее время она несколько потеряла хватку.

– А… Вот оно… как… значит ли это, что у меня нет и шанса? – прошептала Селин.

– Именно, – не удостоив даже крупицей злорадства, не то что других эмоций, сказала Элиза, – но мне не принесет никакого удовольствия твой проигрыш, если ты будешь вести себя, как сельская служанка.

Выдави из себя хоть толику уважения!

– Хорошо! – собралась Селин и сжала кулаки, – тогда, можно звать тебя Элиза? Мне все-таки кажется, что мы – подруги. Ведь ты так внимательно слушаешь мои рассказы. А если мы – подруги, то…

Вот оно как… Подруги? Гостья побоялась размежевываться и даже прибегла к такой наглости.