‎Красавица и чудовища

– Это не глупости! – рявкнул он, – только Селин увидела во мне…

– Просто пожалела, – фыркнула Элиза, – ты слышишь, что я тебе говорю?! Можешь прогнать меня, милый мой малыш, но выслушай! Я встречала в твоих землях действительно страшных существ, сотканных той же магией. Ты живешь здесь больше ста лет. А в столичных архивах и не найти сведений о твоем роде. Твое проклятье куда страшнее, чем ты думаешь! Возможно, твои детские капризы о внешности и уединении – созданное самим тобой предупреждение, которое сохранилось в тебе из прошлого.

Вдруг ты съешь эту Селин лишь для того, чтобы очнуться и вспомнить, как уже съедал жалостливых барышень?

– Так что ты предлагаешь?

– Помощь.

– Если для этого надо отказаться от Селин…

– Для этого нужно слушать меня внимательно! Жестокое ты создание! Я же тебе призналась! – сжала зубы Элиза, – что, по-твоему, любовь?! А теперь…

Голос Элизы стал глух. Накатил страх. Она так долго твердила себе о внимательности и осторожности, но сама пренебрегла оной:

– Беги.

Быстрее. Куда угодно. Бегите все!

Элиза перестала чувствовать ведьму. Вернее, огромный вес чувств, которые только что давили на нее, осыпался как песок. Да и собравшихся она больше не чувствовала – затянутая дымкой комната была пуста. Она почти полностью потонула во мраке, и вместо потолка и части стен разверзлась пустота.

Это было непохоже ни на что, но что-то очень болезненное и знакомое натянулось внутри. Элиза внутренне попыталась огрызнуться на «спрута», но того тоже не было.

Болезненное ожидание чего-то знакомого растягивалось на многие секунды, но ничего так и не происходило.

И тут Элиза заметила – два свечных огонька на оставшейся видимой стене. Между ними стояло металлическое узорчатое блюдо, украшенное цветными стеклышками. Этого блюда здесь раньше не было, как и многих других деталей – скрытое потемневшим лаком дерево стенных панелей теперь играло ореховыми узорами, да и пестрели цветы в вазе ближе к столу лорда – ничего этого не было, когда Элиза вошла в комнату минуты назад.

И, самое главное, она поняла, чего ждет – тех, что приходили каждую ночь во сне. Воспитанников. Но их здесь не было. Оттого наконец-то Элиза поняла, что произошло. Лучшего нельзя и желать. Это был сон. Иначе бы она не ждала обычный для всех последних снов кошмар. Хотя, кажется, не ее собственный.

Она спокойно встала и подошла к блюду возле свечей. Это был образец старой скоротечной моды.