Назови его свободой

Имею в виду охоту, которую назову царственной: и потому, что когда-то Абхазия была царством с соответствующими правителями, и потому, что предмет и обстоятельства охотничьего промысла поистине величественны. Ощущения редкостной первозданности здесь возникают на каждом шагу, даже в хозяйском саду. Он, в основном, мандариновый, и если по границам с соседями огорожен металлической сеткой, то в глубине предел ему кладет крутой откос. Через заросли ежевики, какой-то колючки, переплетенными виноградом, вверх, к подросту из мелких деревьев не продерешься, а дальше и выше – чаща и совсем уж дикая тьма.

Вообще-то мне, новичку абхазского отдыха, думалось, что все же охотников придется поискать, но один из них, как оказалось, жил в соседнем доме. «Он птичек стреляет», – такие были исходные данные. На самом деле у Врура, статного красавца около 35 лет, дома висит шкура лично добытого медведя. А «птички» порой занимают весь холодильник, на радость не только семье, но и друзьям и знакомым. «Не могу не поделиться, не угостить дичиной, у нас так принято», – пояснил Врур.

Сам он охоту промыслом не считает (хотя постоянной работы у него нет, как и у многих сверстников, – последствия грузино-абхазской войны и в этом до сих пор сказываются), но не найдется местных зверя или птицы, судя по его рассказам, на которых бы он ни поохотился.

В целом картина получается такая. Если говорить о пернатых, то стреляют гусей, уток, перепелов, куропаток, голубей, вальдшнепов. Особая статья – стрепет. Здесь эту птицу называют дикой индюшкой, настолько она крупная, хотя по науке стрепет – из семейства дроф.

Их гораздо меньше, чем гусей или уток, и потому добыть стрепета считается удачей, хотя за ними не гоняются, берегут редкость.

Охота начинается в октябре – ноябре, когда в соседнем Краснодарском крае замерзают водоемы, и птицы тянутся в Абхазию. «Стаи гусей, уток громадные, в небе черно», – рассказывал Врур. Конечно, водоплавающую дичь стреляют и в лет, но большей частью приходится идти за ней в озерно-горный край, в окрестности озера Рица.

А лесостепной мелкой птицы много и в округе, потому, может, и идет слава про местных охотников, что они «птичек бьют».

Для дичи Врур завел собаку, бело-шоколадного сеттера Джесси. Сам ее воспитал, и теперь скромно говорит, что на птиц на самом деле охотится Джесси. Она и учует добычу, и найдет, и поднимет, и принесет сбитую А он только так – стреляет, и больше ничего. Чтобы показать выучку, Джесси призвали.