Каникулы разума. Колдовство, ведьмы, одержимость

Когда диавол проделывал подобные трюки, они заставляли его отступить, призывая его принять Иисуса Христа, присутствующего в Евхаристии, как свидетеля истинности его утверждения, на что он никогда не осмеливался.

Какие преступники могут быть осуждены, если даже такие доказательства не будут признаны достаточными? Достоверность одержимости; показания двух священников, обвинивших его в святотатстве; показания монахинь, заявивших, что они видели его днем и ночью в течение четырех месяцев, хотя ворота монастыря были закрыты; две женщины, которые свидетельствовали, что он предложил сделать одну из них принцессой магов; показания шестидесяти других свидетелей; его собственное смущение и замешательство во многих случаях; исчезновение трех его братьев, которые бежали и никогда больше не были замечены; его договор и магические символы, которые впоследствии были сожжены вместе с ним: все это ставило его вину вне всякого сомнения.

Процесс был завершен, и маг был должным образом осужден, оставалось только вынести приговор злодею. Члены комиссии собрались в кармелитском монастыре, и было замечено, что между всеми четырнадцатью судьями не было ни малейшего расхождения во мнениях, хотя они никогда не видели и не знали друг друга. Все они были согласны с назначенным наказанием и, произнеся свой приговор, преисполнились радости, и совесть их была совершенно спокойна.

Как будто Бог, чья честь была так заинтересована в этом деле, намеревался дать им это утешение.

Никто из католиков, да и вообще из всех честных людей, не преминул поаплодировать этому приговору Грандье. Это было так:

«Мы объявляем вышеупомянутого Урбена Грандье осужденным за преступления в области магии, злонамеренность и одержимость, происходящую через его поступок, в лице некоторых Урсулинских монахинь этого города Лудуна и других женщин; вместе с другими преступлениями, возникающими из-за этого.

В возмещение за это мы осудили и призываем упомянутого Грандье сделать публичное признание вины, с непокрытой головой, с веревкой на шее и с горящим факелом весом в два фунта перед главными воротами Сен-Пьер-дю-Марше и перед воротами Святой Урсулы из упомянутого города.