Я – прИступник

Не успев прочесть ничего, кроме колбасы, сыра и майонеза, я снова услышал грубую речь. Сотрудник подал мне шариковую ручку.

– Вот здесь, – показал он на самый низ, где ничего не было написано. – Получил полностью, дату сегодняшнюю и подпись.

Я послушно написал все, что меня попросили, отдал листочек, после чего кормяк сиюминутно захлопнули и открыли дверь.

– Забирай, – рявкнул мусор.

Я подошел вплотную к двери. Прямо возле нее, у стены, стоял белый большой мешок. Один в один, как тот, на котором вчера Белый под кровать лазил.

Стараясь не мешкать, я схватил его и занес в камеру. Тяжелый, собака. Сотрудник поспешил закрыть дверь за мной, но я тут же крикнул:

– Постойте!

– Чего еще? – недовольно ответил тот.

– А кто передал? – спросил я.

Легавый вздохнул печально.

– Матушка твоя передала. Переживает за тебя – идиота.

Дверь закрылась. Я обмяк. Перед глазами явилась картина: зима, сугробы, моя мама волочет за собой мешок, тяжелый и неповоротливый, прямо к бетонной стене, с колючей проволокой наверху.

Поднимает голову, смотрит на меня очами уставшими, спрашивает: «Сыночка, ну как же так получилось?». А я из окна тюремного, в решетку крупную, ей отвечаю: «Мам, прости, я не хотел, чтобы все так вышло. Я только хотел помочь…»

– Э, малой!

От резкого вопля из-за спины я очнулся. Снова перед глазами железная дверь с неимоверно крупным глазком, снова запах табачный, снова следственный изолятор. Я повернулся. Сокамерники (те, что не спали – человек пять) оценивающим взглядом прогулялись по мне и мешку.

– Ты чего завис? – спросил Белый, подложив под себя зататуированные икроножные мышцы. – За свободу погнал? Так рановато тебе еще. У тебя все впереди. Вот так сразу начинать точно не стоит. Проходи к урагану, раскладывай кабанчика, че стоишь?

Я молча подошел к столу, подтащил мешок за собой. В самом его верху, там, где по идее он открывается, был намотан недюжинный слой широкого скотча. Я попытался найти конец, но через мгновение психанул, нагнулся к нему, перекусил скотч зубами и с довольным видом открыл мешок.

– Ну че там? – с иронией любопытствовал Слон. – Бабки или наркотики?

Я улыбнулся. Затем ответил:

– В основном, еда.

Внутри все было упаковано в кучу пакетов. Кофе, сыр, доширак, колбаса, чай в пакетах и россыпью, зелень, яблоки, апельсины – все было завернуто в три-четыре прозрачных маечки. То есть пакетов тут в среднем было – от 40 до 60. На них ведь и разориться недолго.