Трон из пепла. Охотник и саламандра

Несколько раз предупреждала его, говорила, что алкоголь до добра не доведёт, но он всё равно не слушал.

– Он что, кого-то потерял? – поинтересовался Чехов, осматривая полость рта мертвеца.

– Нет, но говорил, что только так может снять стресс после случившегося в прошлом году.

– Да-а, что-то такое слышал, – задумчиво произнёс Чехов. – Что ж, я не волшебник и воскрешать не умею, так что спешу сообщить, что для него всё кончено, – он собрал саквояж и поднялся с пола, обращаясь к старосте. – Простите, что ничем не смог помочь.

– Ничего, в этом нет вашей вины, – вздохнула Брунгильда, ощущая резко нахлынувшую усталость.

– Я, если уж говорить честно, патологоанатомом являюсь, – Чехов вмиг поймал на себе ряд удивлённых взглядов, неловко улыбнулся. – Это значит, что я специализируюсь на мёртвых и на их осмотре. Так что, если позволите, я ещё раз осмотрю тело.

– Позволяю. Брунгильда, староста этого города, – протянула Чехову руку и тот без проблем пожал её.

– Чехов, – представился врач и кивнул на напарницу.

 – Элси, мой телохранитель. Прошу не бояться нас и не бросаться тухлыми помидорами.

– Я распоряжусь, чтобы вам выделили комнату в кабаке.

– Не стоит, я уже успел всё оплатить, хех.

Казалось, даже в такой ситуации он всё равно умудрялся пребывать в весёлом настроении. Остальные никак не разделяли его энтузиазм.

– У вас тут, кстати, ещё одна маленькая проблемка осталась, – подсказал Чехов.

– Какая? – удивилась Брунгильда.

Чехов кивнул в сторону. Все находившиеся в доме дружно уставились на маленькую девочку, которая невзирая ни на что, продолжала всё это время сидеть и молча смотреть в пол.

***

– Так и не заговорила?

– Неа, – Логан почесал затылок, отвечая вошедшей в комнату Брунгильде. – Просто сидит и молчит.

Девочка не сопротивлялась, когда он накидывал на неё куртку, не сопротивлялась, даже когда Брунгильда за руку отвела её к себе домой. Убежище новой старосты оказалось просторным, но сильно захламлённым охотничьими принадлежностями.

Местами пол усыпан перьями, использовавшимися в стрелах; в одном углу были сброшены в кучу меха и листы кожи, а в другом стоял массивный шкаф с простыми и сложными луками разной длины и силы натяга.

Она сидела за столом, молча смотря в одну точку, видимую только ей одной. Неспособная издать ни звука, она никак больше могла сообщить остальным, что сейчас чувствовала и как смотрит на происходящее со своей стороны.

– Может молчать и дальше, а чай выпить придётся.