Багровый дождь

Как-то дядя говорил ему, что путь от западной точки южного материка до восточной занимает, примерно, две недели пути, а от южной до северной – одну. Северное же королевство немного больше, и то, если ехать верхом. Невозможно даже представить, каково это, пройти все эти земли пешим».

…

Костер медленно догорал, разрешая ночи присесть рядом со мной. Я допил последние капли вина и, бросив бутылку, лег. Вокруг возвышались деревья, словно стена, защищая от зверей…

– Пора спать, – сказал я басом.

…

С наступлением рассвета я двинулся дальше.

Пейзажи неоднократно менялись. Иногда проскакивала нетронутая земля, разбавляя однотонный, сухой, безжизненный лес, своей зеленью и приветливостью. Иногда попадались озера, ручьи, родники. Лишь благодаря им мне удавалось поддерживать внутренний оптимизм. Еще с ранних лет я просто обожал воду. Дядя, порой, звал Норена, чтобы тот силой вытащил меня из очередного водоема. Я любил воду, ее гладь, ее силу, но прошу, избавьте меня от запаха рыбы. Умоляю!

…

Прошел еще один день, следом за ним шла бессонная ночь, а после – усталое утро и снова день.

В конце концов, я решил остановиться в неприглядном домике, что стоял на другом берегу озера, самого большого на моей памяти в сгоревшем лесу. Это была небольшая рыбацкая лачуга с пристанью. Рядом стоял сарай и стойло максимум для двух лошадей.

Я ехал вдоль берега, наблюдая за заходящим солнцем. Сейчас там, на западе, на вершине Золотого города неописуемо красиво. Вот бы хоть раз увидеть закат из окон дворца…

Рядом со мной заигрались две норовые птицы, обычное дело для этих земель.

Здесь чаще встретишь норы, чем гнезда. Потому, что они зачастую подвергаются нападению хищных птиц.

Как говорится: «чем ниже сидит заяц, тем выше летит орел».

…

Когда я добрался до домика, солнце уже полностью село. Спрыгнув с лошади и заведя под навес, я привязал ее, скинув седло и все вещи на землю. Из окна прорезался свет, и была отчетливо слышна музыка, так что я спокойно подошел к двери и легонько постучал, проявляя вежливость… Музыка прекратилась, и за дверью послышались неуверенные шаги.

Через несколько минут дверь все-таки отворили.

– Кто вы? – спросила появившаяся передо мной женщина с повязкой на глазах. – Простите, что так долго открывала, просто я еще не привыкла… – продолжила она.

Я же просто стоял, проглотив язык. Моему удивлению не было предела. Она играла на инструменте, не имея глаз…

– Простите, меня зовут Кайл Рейн. Я – странник.